Мойра помотала головой, надеясь, что в этот момент Джекс смотрит в ее сторону. Имени Майлза, отца Джекса, не было в книге мойры. Это означало только одно: этот человек жив.

Альме удалось поймать взгляд Джекса; она не знала, о чем он думает в этот момент – беспокоится о ней или ждет информацию о своем отце. Она посмотрела ему в глаза и помотала головой. Этого было достаточно, чтобы Джекс ее понял.

– Закончила со своими играми? – с усмешкой поинтересовался Демьян.

– Да, это моя книга, которая и так тебе не принадлежала, смертный! – ответила она, надеясь, что никто не заподозрил их мысленный диалог с Джексом.

– Думаю, что богиня судьбы лишней не будет, – проговорил правитель, прерывая ссору, и посмотрел на посланника смерти, приказывая ему не отпускать мойру до тех пор, пока он не примет решение, что с ней делать и как использовать.

Мойре не удалось разглядеть выражение лица Джекса в момент, когда она сообщила о том, что его отец не числится среди тех, чья судьба закончилась. Она даже не знала, хорошая это новость или плохая.

Что он чувствует? – подумала Альма, впервые задаваясь этим вопросом в отношении человека.

В дверном проеме показалась голова девочки. Сатори стояла и смотрела на все широко раскрытыми глазами – в них были видны крупицы страха, но не к картине, которую ей пришлось наблюдать, а к людям, что были к этому причастны. Видимо, девочке удалось улизнуть от охраны и проникнуть обратно.

Торриус неожиданно для всех мягко улыбнулся и подошел к дочери достаточно близко, чтобы положить руки на ее хрупкие детские плечи и заглянуть в светлые глаза девочки.

– Дело в ней, – произнес правитель. – В моей дочери.

Альма могла понять, в отличие от остальных, что имеет в виду Торриус Солер. Почему он так дорожил своей дочерью и почему Джекс удивился, узнав еще об одном ребенке правителям, помимо Демьяна, – Торриус скрывал ее. Богиня судьбы видела.

Вдруг Кайнар ощутил, что на его руках слабеют цепи. Это длилось буквально секунду, но одного мгновенья парню хватило, чтобы выпустить свои крылья. Цепи все еще сковывали его, мешали двигаться, но крылья гарпии были куда сильнее рук человека. Конечно, если их не держал эриния, поэтому парню повезло больше, чем мойре.

Эриния мог справиться с мойрой и мог бы справиться с гарпией, но не одновременно, поэтому вскоре посланнику смерти для надежности пришлось передать Кайнара одному из охранников Торриуса. Мойра была для него ценным экземпляром, в отличие от пацана с крыльями и когтями.

Кайнар улыбнулся, смотря в непроницаемое лицо эринии.

– Черт возьми, я так не хотел этого делать! – с досадой сказал Кайнар.

Джекс вопросительно глянул в его сторону. Но долго ждать объяснений не пришлось.

Вместо рук у Кайнара были крылья с выступающими когтями, а вместо ног – когти, подобные ястребу, хищной птице. Теперь Кайнар выглядел как настоящая гарпия в полном своем обличье. Если не считать его повседневной одежды и недовольного выражения лица.

– Круто! – присвистнул Джекс.

От удивления все смотрели в сторону Кайнара; даже охранники, окружившие Джекса, ненадолго отвели взгляд, не обращая ни на что другое внимания. Парень тыльной стороной клинка ударил по ногам стражников. Джекс не хотел навредить людям, но ему было необходимо что-то предпринять.

Не одному же Кайнару выглядеть крутым.

Ноги стражников подкосились от удара, и они упали на колени. Джекс ловко перепрыгнул через их согнутые спины.

– Почему ты не делал этого раньше? – спросил он, приближаясь к Кайнару.

– Не хотел портить кроссовки, – пожал плечами в ответ парень.