– Вот заладил, Шубин, Шубин… А Шубину твоему верить можно? И девчонка эта, племянница Бельцовой, тоже ненадежный свидетель. Они что тебе – эксперты?

Ясное дело, подполковника вполне устроил бы Котька Кучеров, у которого, как назло, нашлось железное алиби.

– Но есть хотя бы какие нибудь доказательства, что Столетова и Бельцова были знакомы? – допытывался подполковник.

– Лоскутов утверждает, что видел, как они о чем то разговаривали.

– Ах да, Лоскутов, Лоскутов… – Кобылин постучал пальцами по столу. – Ладно, все под твою ответственность. Если что, учти, бедным будешь.

– Уже учел, – кивнул Рогов.

– А как там моя протеже? – осведомился подполковник.

– Да ничего, – пожал плечами Рогов.

– Ничего… – передразнил его подполковник. – Я ему такую девку дал, а он – ничего!

Рогов вздохнул и добавил глубокомысленно:

– Время покажет – Ну ты и сухарь, – покачал головой Кобылин.

Уж кто бы говорил!

* * *

Глядя на Шуру, можно было подумать, что она медитировала, такое сосредоточенно возвышенное выражение приняло ее простенькое веснушчатое лицо. Завидев Рогова, она вернулась на грешную землю и сообщила:

– Звонили из Озерска. Они проверили: Легошин и в самом деле был там утром, на полчаса заехал к матери и, по ее словам, направился назад в Москву. Кстати, мать у него в городе женщина уважаемая, заслуженная учительница, на пенсии, но до сих пор преподает немецкий язык в гимназии…

Можно подумать, что сын уважаемой матери не может быть убийцей!

– Да, чуть не забыла. Полгода назад у Легошина в ДК строителей была выставка работ – он ведь еще и неплохой художник, это даже по тому наброску с женским профилем видно…

Специалистка в области прекрасного! Рогов заскрежетал зубами: как всегда, самое главное она чуть не забыла. Ну и подсуропил подполковник с помощницей, ей бы еще в Барби играть! Однако, однако… Легошин бывал в ДК, развешивал там свои замечательные работы и, вполне возможно, изучил тамошние достопримечательности, включая и маленький пыльный чуланчик с левого бока от сцены.

– А что говорит его жена?

– Утверждает, что в последний раз видела его две недели назад, когда он водил дочку в зоопарк. С тех пор он не появлялся и не звонил, где сейчас, не имеет ни малейшего представления. Они уже несколько лет не живут вместе, а у нее, как я успела заметить, в прихожей стоят мужские ботинки. Похоже, уже успела устроить личную жизнь. Впрочем, видели бы вы, какая она красотка! – Шура вздохнула, и Рогов уловил в ее тоне завистливые нотки. – Молодая Брижит Бардо!

Рогов некстати вспомнил свою жену Ирку, ведь у них была почти такая же ситуация, как у Легошина с его Брижит Бардо: они были не в разводе, но жили раздельно. При мысли, что Ирка, не исключено, тоже устроила свою личную жизнь и ее прихожую, вполне вероятно, также украшали мужские ботинки, ему стало как то кисло.

– А как она о своем экс муже отзывается? – осведомился он ревниво, невольно отождествляя легошинскую Брижит со своей Иркой. Та уж наверняка перемывала ему кости.

Шура пожала плечами:

– Да никак, а точнее, так, будто он всего то и был ее сослуживцем, не больше. Ни обид, ни горестных воспоминаний. Чувствуется, что у них полностью урегулированные отношения. Да, у Легошина это не первый брак, он был женат еще в Озерске, совсем молодым, но прожили они недолго: жена погибла в автомобильной аварии.

– За салоном наблюдение установлено? – спохватился Рогов, чересчур увлекшийся личными переживаниями.

– Установлено, – подтвердила Шура, – пока он там тоже не появлялся.