В тот вечер он позвал твоего брата сесть рядом с ним.

— Морерод любит поговорить.

— Но до мистера Мильтона ему далеко. «Запиши, — велел он мне. — Во-первых. Нам необходим искусный плотник». — «У нас он есть, сэр, — ответил твой брат. — Мастер Хаббард уже превратил березу в три богоугодных стула для нашей семьи». — «Хорошо. Нам требуется также опытный рыболов. И охотник-птицелов. Нам нужно мясо. Хорошее мясо».

В чаще за нашей спиной послышался шорох — и наш слепой друг поспешно обернулся. «Это всего лишь дикая кошка, сэр, — прошептал я. — В поисках пропитания». — «Будьте любезны также запомнить, что нам нужен каменщик и мастер по укладке черепицы для лучшего устройства наших жилищ. — Он снова оглянулся и с минуту прислушивался. — Нам понадобится умелый столяр. И бочар». — «Господь Бог ниспослал нам людей и снабдил инструментами, сэр. Мы явились для работы в этой глуши во всеоружии». — «Единственно надежные инструменты, мистер Джервис, это дисциплина и размеренная деятельность. Мы должны с той же готовностью дисциплинировать себя, как иные упорно обучают лошадей или соколов для охоты».

Вечером в лесу стоял такой гнусный запах, Кейт, что я чуть не лишился чувств.

— Бедняжечка Гус!

— Потом из леса послышались крики странной твари, которую называют здесь гагарой. Она кричит вот так.

— Гус, да это же собачий лай.

— Если это и собака, то скрещенная с чайкой. Но мистер Мильтон продолжал говорить. «Для жизни человека в этом мире нет ничего важнее и необходимей строгости и самоконтроля. Вы с братьями обдумали мое предложение относительно всеобщей ассамблеи?» — «Да, сэр, и находим его безупречным». — «Тогда мы должны уладить вопросы жалованья и условий найма, таможенных обложений и налогов. — Он оглянулся в третий раз, хотя кошка давно исчезла. — Немного английского порядка — и мы укротим и приручим все живое».

Мой брат во Христе, Реджиналд, дражайший друг и сотоварищ по вере в Господа, что еще могу я поведать тебе о нашем паломничестве? Мы отправились в путь на следующее утро после того, как я призвал братьев упражняться в дисциплине доброго правления. Участок для будущего Нью-Мильтона находился всего в пяти милях от нашего поселения в Нью-Тайвертоне, но нам пришлось пробираться через чудовищные леса и болота; предполагалось, разумеется, что возглавить процессию из двух сотен душ должен буду я, но, по воле Всевышнего лишенный зрения, я счел более уместным неторопливой поступью двигаться вслед. Несколько раз путь мне преграждали густые заросли, поваленные, сломанные стволы, и потому, как Ремалию, царя Израиля, дорога меня утомила. Наконец мы вышли на ровное пространство низкорослой травы, где после душной влажности леса воздух казался суше и жарче. «Не такая это ровная равнина, какой хотелось бы братьям, — сказал мне этот малец Гусперо.