– Пожалуй, это он меня отделал.

– Брось, заживет.

– Как на бродячей собаке.

– А тебе правда жить негде? – Она прижалась ко мне сильнее, а я продолжал разматывать бинты.

– У меня дом в Чикаго.

– Я бы тебя пустила на дольше, но ко мне приходят, сам понимаешь. Это сегодня я выходная. Кроме того, живет тут один… телохранитель. – Она вздохнула. – Но ты бы с ним справился.

– Вот уж не надо. – Я немного отодвинулся. В сутенеры меня еще не вербовали.

– Жаль. Мы бы подошли друг другу.

– Ты так думаешь? Слушай, а почему ты вообще этим занимаешься? – спросил я вдруг. – Молодая, красивая…

– Вот если бы была старая и безобразная – тогда бы занималась чем то другим.

– Тоже верно. А мечтаешь, наверное, в турецкий бордель попасть?

– Зачем ты так? – Она, кажется, обиделась. – Если я хочу жить, как все нормальные люди.

– А нормальные живут так?

– Выгляни на улицу и увидишь. Все торгуют и продают. Или думают об этом. У всякого свой товар.

– Извини. Я не подумал. Значит, один я ненормальный. Потому что больше не хочу так жить.

– Сделать тебе кофе?

– Покрепче. – Я уже закончил перевязку и натянул рубашку. – А я пока позвоню.

Но в квартире Полины мне сказали, что ее нет. Что она уехала. Что Валерий Борисович повез ее на своей машине в университет. «А кто такой Валерий Борисович?» – довольно глупо спросил я. «Ее жених, – ответили мне вежливо. – Он вчера вернулся из Женевы». Я положил трубку и взглянул в зеркало. На меня смотрела весьма мрачная личность со сжатыми губами и кровоподтеками. Что то во мне изменилось – я даже перестал себя узнавать. Дело не в синяках, во взгляде. Я попробовал улыбнуться, а почему то не получилось. Только скривился. Ладно, подумал, все это потому, что еще не взошла моя утренняя звезда. Выпив кофе, я спросил:

– Как тебя хоть величают?

– Оля, – ответила она. – А твоего имени не надо. Я буду звать тебя Малышом. Как там.

Я пожал плечами и пошел в одну из комнат, где она приготовила мне постель. Я уже забрался под одеяло, когда Ольга, стоя на пороге, спросила:

– Ты уверен, что тебе больше ничего не нужно?

– Только одно: закрыть дверь с той стороны.

Проспал я до вечера. Сон всегда лечит меня. А очнулся от шума за стенкой и каких то криков. Господи, подумал я, и здесь то же самое, всюду жизнь. Потом дотянулся до телефона и набрал номер Полины. Мне ответили, что она занята. Что она ужинает с Валерием Борисовичем. «Передайте, что звонит Алексей», – попросил я. Через пару минут мне сказали, что она никак не может сейчас подойти. Тогда я оделся и пошел на шум, который стал приобретать угрожающие размеры. Оказывается, это явился Ольгин телохранитель, рыжий малый лет тридцати, с золотыми коронками. Они пили вино и ссорились.

– Я тебя убью! – говорил он Ольге. – Башку оторву, сука!

– Как же, видали таких, пидер! – отвечала Ольга.

Телохранитель взглянул на меня и мимоходом сказал:

– Ты заплатил, значит, все в порядке. Будь как дома. Это наши дела.

Я сел в кресло и плеснул себе в стакан из бутылки. Спорили они из за какой то машины, которую намеревались продать. Я слушал слушал, а потом громко зевнул.

– А не проще ее распилить? – предложил я.

Они как то сразу успокоились, заметив наконец что не одни. Но длилось это недолго. Мы полюбезничали между собой минут десять. Затем они снова завелись с пол оборота, на сей раз из за долларов, которые кто то утянул у другого.