— Ничего не может быть дальше от истины. Аттила жил при римском дворе в Равенне четырнадцать лет. Он правил полуварварами, но сам не был варваром. Я почти убежден, что он обладал большим сокровищем и оно было погребено вместе с ним. Однако не убежден, что оно все еще там, где было закопано. И у меня нет никакой уверенности, в каком именно месте он был похоронен.

— Раз он был гунном, то это место должно быть в Венгрии.

— Нет, это ошибка, бытующая среди историков. Термин «гунн» слишком общее понятие, используемое применительно к древним. Им характеризуются все, кто пришел в Европу из Азии. Люди Аттилы начали вторгаться в Венгрию еще на заре эпохи христианства. Они перемещались из нынешней России. Для нас ссылкой на это служат корневые слова их языка. Одно из племен этого народа, первоначально называемое гуннами, двинулось прямо на запад. Другие племена перемещались южнее, туда, что ныне является Румынией, Болгарией… на территорию сегодняшней Венгрии.

После смерти Аттилы, когда между его людьми началась междоусобица, они утратили свою силу. Германские племена атаковали их разрозненные группы, убили многих истинных гуннов, а остальных изгнали из Европы. Таким образом, гуннов не осталось в Европе — или же людей, которые могли быть названы этим обобщенным именем, — их не было в течение трех или четырех столетий. Затем другие азиатские племена начали перемещаться в Европу. Они пришли из Азии, но не были потомками народа Аттилы. Фактически, они обитали в Южной Азии и гораздо западнее, в районе, известном нам сейчас как Афганистан и Персия.

Они были в лингвистическом и этническом отношении иным народом — лишь отдаленными родичами первоначальных гуннов. Но раз они пришли оттуда, откуда приходили настоящие гунны, и со временем расселились в землях, где прежде обосновались их отдаленные родичи, то и этих людей стали называть гуннами. Они расстались со своими повадками кочевников, когда поселились здесь, пустив прочные корни. Современные венгры — из этой второй волны азиатов. Только филолог сможет распознать корневые слова, общие для нынешних венгров и родичей истинных гуннов, которые переместились дальше на север — в сегодняшнюю Финляндию.

— Вы верите, что финны ближе к истинным гуннам, нежели венгры?

— В смысле базиса — да. Но финский народ совершенствовался в течение почти двух тысячелетий. С примесью крови скандинавов, некоторых германцев, толики русской и даже с примесью крови аборигенов-лапландцев, которые куда ближе к американским эскимосам, чем к европейцам.

— Прошу извинить, — скривился Петерс, — однако вернемся к нашим баранам. — Он ухмыльнулся. — Могу я попросить вас о личной услуге?

— Конечно.

— Просто для того, чтобы облегчить мне работу. Пожалуйста, не давайте воли вашему темпераменту, когда в десять часов встретитесь с министром.

— Постараюсь держать себя в руках.

Глава 20

Танкред был в вестибюле отеля без десяти десять, когда туда вошел мужчина в котелке из департамента полиции.

— Если вы готовы, то у меня машина. — Это было все, что он сказал.

Водитель оказался тем же самым, что сидел за рулем в прошлую ночь. Танкред забрался на сиденье, а через несколько минут уже входил в офис министерства.

Какая-то свирепого вида женщина в форме провела его в личный офис министра. Официози, говорящий с оксфордским произношением, который задавал вопросы Танкреду прошлой ночью, уже находился у министра. Сейчас он наконец представился, натянуто сообщив:

— Ласло Сабо, к вашим услугам.

Министр выглядел где-то на тридцать пять, но, возможно, и лет на десять старше. Невысокого роста, очень мускулистый, с короткой стрижкой. Он с жаром приветствовал Танкреда.

— Я Ладисло Каролаи. Это честь — встретить столь выдающегося человека, как вы.