— Благодарю вас, — отозвался Танкред. — Но, боюсь, я не в одной лиге с мистером Сенкевичем.

— Лиге? О… это ваш американский бейсбол, не так ли? Я видел, как играют в эту игру. Я был военнопленным в Германии. — Министр воздел руки. — Здесь нет никакой обиды, мистер Танкред. Я был офицером венгерской армии, которая служила Гитлеру. Мы сдались, и нас содержали как военнопленных. Так и следовало. Это еще не большое наказание — расплата за помощь такому человеку, как этот австрияк-обойщик. — Он внезапно глянул на оксфордца: — Мой хороший друг Сабо провел всю войну в Англии.

— Я был там, когда все это разразилось, — продолжил Сабо, как бы зондируя почву. — Бриты не позволили мне вернуться в Венгрию. И я могу сказать, что Лондон во время блицкрига — это вам не пикник.

— А я что, утверждаю, обратное? — спросил министр, оскалив крепкие белые зубы. Затем резко переключился на Танкреда: — Есть что-нибудь такое, что мое правительство могло бы сделать для вас? Может, вы нуждаетесь в каких-то разрешениях?

— Нет, насколько могу судить. Если только не понадобится разрешения на выезд.

— Выезд? Разве вы не планируете немного побыть у нас?

— Не более чем еще день или два.

— Вы точно знаете, где копать?

— Копать? С чего бы мне вдруг захотелось копать?

Министр бросил быстрый взгляд на Ласло.

— Разве вы не прибыли в Венгрию для поиска сокровища, закопанного основателем нашего великого государства?

Танкред изобразил смущение:

— Я приехал в Венгрию, чтобы попытаться организовать публикацию моего романа «Привет, Цезарь!».

Министр снисходительно улыбнулся:

— Конечно, именно эту причину вы указали, когда обратились за разрешением на въезд.

— Но это и есть единственная причина моего посещения Венгрии.

На короткий миг лицо министра недовольно сморщилось. Затем столь же быстро прояснилось.

— Очень хорошо, сэр, мы, пожалуй, опубликуем вашу книгу. Этим и ограничится ваш бизнес в Венгрии? Или вы… вы намереваетесь, скажем, попутешествовать… как турист?

— Нет, в тот же самый момент, как дела, связанные с организацией публикации, будут сделаны…

— Мы возьмем их на себя — все просто.

Танкред зорко глянул на него. Министр улыбнулся:

— Наше государство публикует иностранных авторов. Я представитель государства и заявляю вам, что мы намерены опубликовать вашу книгу…

— Но мы же не обсудили условия.

— Условия? Какие еще условия?

— Денежную сумму, которую мне выплатят.

— А, понимаю! Вы желаете… э… вести переговоры. Но, мой дорогой мистер Танкред, здесь не о чем торговаться. Все авторы в Венгрии оплачиваются на один манер. Вы получите шесть процентов валового дохода от продажи вашей книги. Расчеты будут производиться ежегодно, и деньги станут перечислять на ваш счет в Банк Венгрии. Вы можете снимать их всякий раз, когда окажетесь снова в Венгрии.

— А вывезти их я не смогу?

Министр выразительно развел руками:

— Доведись мне посетить вашу страну, мистер Танкред, мое правительство — а я в нем министр — разрешит мне вывезти с собой венгерской валюты на эквивалент, равный сотне долларов. В Венгрии эти деньги ваши, мистер Танкред. Вы можете тратить их как вам заблагорассудится. В Венгрии.

— Вижу. Тогда, выходит, я зря потратил время, прибыв сюда.

— Не совсем так. — Министр достал лист бумаги.