И действительно, когда Детарк набрался смелости и подошел ближе к закованному в доспехи строю, стоявшему по обе стороны гладкого коридора, то увидел, что один из них по-прежнему щетинился двумя дюжинами стрел. Рука в перчатке сжимала копье с грозным изогнутым лезвием, которое и столетия спустя все еще выглядело острым как бритва. Да, это были доспехи Луррика Абдар-Туула, и из шлема дерзко ухмылялось его лицо, хотя глаз уже не было, а потемневшая кожа обтягивала череп. Алебарда, которую он сжимал, конечно же, была Клювом уталлы.

Внезапно земля качнулась, Детарк потерял равновесие, и ему пришлось схватиться за доспех, чтобы не упасть. Это, наверное, землетрясение! Вот почему под Чурт появилась яма! Сама земля, казалось, двигалась и плавно колыхалась под ногами Детарка.

Но вцепившись в грозную броню Луррика, Детарк услышал странное шипение, похожее на вырывающийся из гейзера пар. Такой звук он однажды уже слышал, когда был гораздо младше. Как-то в деревне появился громадный червь со множеством шуршащих лапок, который светился в ночи белым. Детарк видел на стенах своей спальни это жуткое свечение, проникавшее в комнату через открытое окно, но мать схватила сына прежде, чем тот успел выглянуть наружу и увидеть чудище. Отец схватил мушкет и приготовился защищать свою семью и стадо. Но гигантский червь прошел мимо них к деревне, и позже они услышали выстрелы и далекие крики. Наутро оказалось, что четверо жителей погибли в зубастых челюстях огромного червя, прежде чем его убили.

И сейчас Детарк узнавал в шипении звук, который слышал той ночью.

Наконец-то он понял, где находился. Не в туннеле кургана, как предполагал… а в брюхе червя. Тот широко распахнул нутро, чтобы заманить его внутрь. Но до Детарка оно проглотило застывшие ряды закованных в броню покойников, с которыми столкнулось под землей, приняв их за живых людей.

Существо пробиралось вверх сквозь разрыхленную плугом почву. Детарк решил, что оно движется к деревне, которая его так раздражала.

Хотя он ненавидел это место и презирал живших там людей, но все же знал, что должен их защитить. Ведь пусть они, возможно, никогда не поймут и даже не примут его, Детарк был одним из них, и враг у них был общий.

А еще он чувствовал, что должен почтить память своих героических предков, вызволив их тела, столь кощунственно вырванные из достойной могилы и сожранные безмозглым демоном.

Продолжая цепляться за доспехи, которые стали гробом Луррика Абдар-Туула, Детарк обхватил древко Клюва уталлы. Затем отступил от покойника и рывком выхватил копье из его хватки.

То было высоким и почти касалось изогнутого свода внутренностей червя. Детарк крепко сжал древко обеими руками и взметнул оружие всего на несколько дюймов вверх. Полумесяц лезвия вонзился в плоть. Детарк принялся скакать по проходу, высоко вскидывая копье, словно гордо размахивал флагом в бою. Он мог вообразить всех тех славных воинов, которые бежали следом с высоко поднятыми мечами. На ходу Детарк вспарывал червю брюхо и слышал, как шипение становилось громче и злее. Прежде чем парень добрался до конца внутренностей, червь выбрался из земли и начал корчиться в мучительных конвульсиях. Внезапно длинный коридор прогнулся, вывернулся, закрутился и обвил Детарка. Ему пришлось отпустить Клюв уталлы, а затем он протиснулся сквозь огромный разрез, который проделал в теле чудовища. И услышал, как доспехи позади него скрежещут друг о друга, будто зубы умирающего великана.

Вокруг был прохладный воздух. И да, здесь был его друг – бескрайнее небо, черное и усеянное семенами звезд! Детарк вскочил на ноги и успел увидеть последние судороги гигантского червя, сотни похожих на кости лапок закручивались внутрь в предсмертной судороге, призрачное сияние уже угасало, а из рассеченной спины поднимался пар.