Он на секунду заколебался, или это мое воображение?

– Да… конечно, мистер Руби… Я довольно щедро заплатил ей. Но опять же, боюсь, что это дело конфиденциальное.

– Большое спасибо, мистер Голуб, вы, как всегда, предупредительны.

Я протянул руку, чтобы смахнуть его изображение с экрана. В любом случае, это был мой рабочий компьютер, и мне не очень хотелось оказаться застуканным начальницей – в последнее время она была от меня не в восторге.

– Надеюсь, однажды вы сможете более непредвзято относиться к таким вещам, сэр, – продолжал Голуб. Сияние видеоэкрана отражалось в его серебристо-металлических глазах без век. – Вы смогли бы видеть яснее. Видеть то, чего сейчас, возможно, не видите. Или даже не представляете…

– Вам бы нужно встречаться с Габриэль, мистер Голуб, – вы созданы друг для друга.

Теперь я действительно прервал связь. На мой экран вернулось изображение рабочего стола с фотографией Габриэль с длинными черными волосами. Освещение приглушенное, цвета янтаря, интимное и теплое. Снимок сделан крупным планом, так что нельзя было угадать, что единственной ее одеждой в тот момент была пластиковая черная маскарадная маска. Сквозь прорези загадочно смотрели глаза Габи.

Тем же вечером я пришел к ней домой. Постучал в дверь. Позвонил в звонок. Пожилая женщина-чум выползла на четвереньках из-за угла холла, напугав меня. Я смотрел сверху на то, как она приближалась.

– Ищу свои бусы, – прохрипела старуха. – Ожерелье порвалось.

Я вздохнул и тут же присел на корточки, провел руками по ковровому покрытию, о чем глубоко пожалел, почувствовав его жирную текстуру, похожую на шкуру какого-то животного. Разлагающегося животного.

– Ищешь девушку из той квартиры? – спросила старуха.

– Да. Габриэль.

– Она съехала, дорогой.

Я сел на колени.

– Съехала? Господи, когда она съехала?

– Несколько дней назад. Извини, не могу сказать куда. Я с ней никогда не разговаривала. Но видела, как она выносила какие-то коробки.

Так. Значит, это все? Она даже не сообщила мне. Возможно, и съехала, чтобы сбежать от меня. Останься она в городе, я все равно никогда бы ее не нашел. Панктаун – большое место. Она исчезла, возможно, как и ее мать.

Что-то маленькое подкатилось под мою ладонь, которая продолжала обшаривать ковер, о чем я совсем забыл. Крошечная хрустальная бусинка. Я безучастно протянул ее старухе.

– Все, что смог найти, – пробормотал я, поднялся, а затем взял ее за руку, чтобы помочь встать.

– Какой милый мальчик, – сказала старуха. Она была такой же маленькой и худенькой, как проститутка, которую я снял несколько дней назад. Когда-нибудь та молодая девушка будет выглядеть так же. Преобразится.

Я вздохнул, посмотрел в конец холла и увидел открытую дверь. Именно из-за нее за мной подглядывал огромный синелицый мужчина. Или то была женщина?

Почему дверь открыта? Я ожидал, что в любую минуту в проеме появится громадное, похожее на воздушный шар, лицо.

Вместо этого к двери зашаркала пожилая чум и начала заходить внутрь.

Я бросился следом, догнал ее, напряженно зашептал, то и дело бросая взгляды в квартиру за ее спиной.

– Эй… Извините, но с вами живет еще один человек? Очень… гм, большой. Лысый? С синей кожей… может быть?

– С синей кожей? Нет, дорогуша, со мной никто такой не живет. На самом деле, со мной вообще никто не живет.

Я медленно выпрямился. Выходит, перепутал квартиры? Мог бы поклясться, что эта – та самая…

Я неохотно попятился, бормоча слова благодарности. Старуха еще раз поблагодарила меня и захлопнула дверь.