– Недавно я видела вас в ресторанчике дальше по улице, – призналась она. И сразу пожалела. Создавалось впечатление, что она проследила за ним до этого места. Для ее собственного слуха это прозвучало бессмысленным лепетом, но Анушка поспешила продолжить, будто хотела вставить свое первое замечание в контекст. – Вы интересуетесь индийской культурой?

– О, конечно, – сказал продавец. Затем: – Не то чтобы я… ну, вы понимаете… много о ней знал, на самом деле.

– Вы когда-нибудь читали индийских авторов?

– Нет, к сожалению, нет.

– Ой, правда? – Она перешла на слегка поддразнивающий тон и обнаружила, что подошла еще ближе к низкому прилавку, по-прежнему рассеянно держа в руках книгу в мягкой обложке, на которую даже не взглянула. – Вы не знакомы с классическими текстами, такими как «Рамаяна»? «Шакунтала»?

– Боюсь, что нет. – Извиняющееся пожатие плечами.

– А с авторами вроде Калидасы? Тагора?

– Простите и еще раз простите. Но по вашей рекомендации я поищу их работы.

– Не то чтобы я читала только индийских авторов – древних или современных…

– Ну, я тоже читаю не только писателей тиккихотто.

– А-а-а, – сказала Анушка, кивая. Это был не столько ответ на его комментарий, сколько осознание. Тиккихотто. Он не был человеком. По крайней мере, человеком ее типа. Теперь она понимала, что скрывается за этими непроницаемыми линзами. Анушка-то воображала блестящие глаза, такие же темные, как его волосы. Мысль о том, что внутри этих плошек свернуты кольца щупалец, напоминавшие о Медузе, оттолкнуло ее. Оттолкнуло, потому что этот мужчина ее так привлекал. Как ни странно, ей казалось, что он почти обманул ее… как в историях, которые она читала, где какой-нибудь болван внезапно обнаруживал, что нанятая им проститутка – трансвестит.

– Вы читаете на тиккихотто? – Он указал на книгу в ее руках.

Анушка, наконец, открыла томик. Она предполагала, что симпатичная фиолетовая обложка с золотым тиснением случайно привлекла ее внимание. Теперь, когда кончики пальцев легли на тисненую обложку, будто на шрифт Брайля, она поняла, что эти фольгированные литеры были иероглифами. Как и во всем тексте книги. Иероглифы и символы были ярко и разнообразно раскрашены. Анушка пролистала всего несколько страниц… затем, смутившись, вернула книгу на полку.

– Нет, – призналась она, – не читаю.

– Не расстраивайтесь так. На самом деле земляне не могут на нем читать без специальных устройств перевода… вроде этого. – Он постучал по своим очкам. – Так уж мы видим. Вы знаете, что цветные символы переплетаются и создают новые оттенки там, где накладываются друг на друга? Это выражает различные уровни смысла. Некоторые символы следует читать слева направо, а другие – справа налево. Длина засечек, расстояние между символами, толщина и разреженность, а также углы наклона. Все слои смысла. И все это должно восприниматься одновременно.

– Ух ты, – это было все, что смогла сказать Анушка.

– Ваше письмо… ну, я имею в виду английский… настолько отличается, что мне было трудно его выучить, – засмеялся он. – В итоге я использовал прямую подачу информации в мозг, чтобы усвоить большую ее часть. – Мужчина постучал себя по виску.

– Именно так большинство людей и учится.