Планшета больше нет. А что, если Салит попытается дозвониться мне? Она не сможет. Это даже к лучшему…

Но на обратном пути к своей квартире я, стоя по голени в воде, позвонил из телефонной будки мистеру Голубу. Нашел номер его книжного магазина в справочнике.

На экране граффити. Похожее на то, что было на том окне. Я снял темные очки. Экран уже заполнило серое лицо, серебристые глаза и розовые, слегка пульсирующие жабры.

– Здравствуйте, мистер Руби, – произнес он, узнав меня. Вежливо, несмотря на напряженность нашего последнего телефонного разговора.

– Привет, мистер Голуб, – ответил я так же вежливо. – Эмм… Я тут подумал о тех двух книгах, которые вы мне порекомендовали. Тех, которые, по вашим словам, развивают идеи «Некрономикона» дальше… отображают закономерности во Вселенной, смотрят на вещи с точки зрения геометрии… говорят о том, как переконфигурировать эти закономерности, чтобы искривить время и пространство…

– Да. «Атлас Хаоса» Вадура и «Вены Древних» тиккихотто Скретуу. Но я думал, вы крайне скептически относитесь к этим концепциям, мистер Руби.

– Ну, Габриэль понемногу раскрывает мне глаза. Я стараюсь не быть слишком упрямым в том, чего не понимаю.

– Итак, вы нашли свою пропавшую подругу…

– Да! – ответил я, и голос мой звучал даже весело. – Мы снова вместе. Поэтому я решил, что хочу приобрести эти книги, если это возможно. Для себя и для Габи. В основном, как подарок для Габи. Если смогу себе позволить этот подарок! – Я посмеялся.

– Что ж, к счастью, именно эти книги и близко не так востребованы, как «Некрономикон». Они не столь известны. Вас интересуют сами книги для коллекции или только тексты? Потому что я мог бы предоставить обе книги на диске. На одном диске, если хотите.

– Как насчет цен, для начала?

– Книга Вадура старше и встречается реже… Копия обошлась бы в двадцать тысяч мунитов.

– Боже мой, – пробормотал я.

– Книга Скретуу была переиздана издательством оккультной литературы, но многие отвергли ее как обычное шарлатанство, и она не завоевала популярности у читателей. В настоящее время существует тираж двадцатипятилетней давности в мягкой обложке, что значительно снижает ценность как самого текста, так и оригинального издания. Оригинал стоил бы пять тысяч мунитов, но вариант в мягкой обложке обойдется всего около десяти мунитов.

– О, ничего себе… какой разброс.

– Информация в ней часто лучше, чем в Аль-Азифе, но опять-таки у нее нет той же репутации. Люди слепы, ведь обе книги в некотором смысле превосходят Аль-Азиф.

– А сколько будут стоить обе книги на диске?

– Я бы снизил стоимость книги Вадура вдвое, а вторую отдал бы вам бесплатно. Десять тысяч мунитов, мистер Руби.

– Дорогой подарок, – пробормотал я.

– Действительно. Слишком дорогой для того, кто все еще не до конца уверен в достоверности материала.

– Ну… Мне очень важно сделать Габи счастливой. Чтобы наладить отношения…

– Возможно, кольцо стало бы лучшим вложением денег.

Я воспринял это скорее как шутку, чем сарказм, и улыбнулся.

– Да. Но… Знаете, я бы действительно хотел раздобыть для нее… для нас… обе эти книги. Думаю, придется сказать, что я согласен и покупаю эти книги.

– В самом деле? И вы можете заплатить мне все десять тысяч?

– Да. У меня они есть. Это подкосит меня, но эти деньги у меня есть.

Похожая на рыбью голова задумчиво кивнула.

– Похоже, вы на самом деле серьезно интересуетесь этой темой.