| Это не зеленые крепыши из Армии, это люди, которые убивать не только любят, но и умеют. Вероятно, умеют хорошо. Кат отполз немного в сторону, приподнялся на локте, присмотрелся. Дикие неторопливо двигались вперед короткими перебежками, растянувшись в цепь. Они не спешили, бежали молча, как натасканные бойцовые псы, прикрывали друг друга редким, но кучным огнем, падали, сливаясь с песком и бежали дальше. Кат поймал в прицел одного из них, задержал дыхание и выстрелил, совместив прорезь с грудью. Дикий приглушенно вскрикнул и рухнул лицом в песок, выронив автомат. Один - ноль. Hикто не пришел ему на помощь, остальные, кажется, ничего не заметили - по-прежнему двигались короткими перебежками, не подставляясь под пули, но и не позволяя ему занять позицию для стрельбы. Кат отполз в сторону, выставил ствол между двумя неизвестно как тут оказавшимися камнями и стал ждать. Дикие вот-вот должны выйти из мертвой не простреливаемой зоны и оказаться перед ним как мишени на стрельбище. Он чувствовал, что они не захотят тратить время, отрезая его по всем правилам, понадеются одним ударом прихлопнуть дерзкого мальчишку с автоматом. И они, конечно, понадеялись. Кат дал им подойти поближе, неторопливо прицеливаясь, выбрал удобный момент. Длинная очередь срезала сразу двоих и одного слегка зацепила. Раненый тонко закричал, убитые неподвижными силуэтами распластались на песке, словно гигантские морские звезды, остальные проворно залегли. Вот только они не знали, что с его позиции зона полностью простреливается. Прежде чем Дикие догадались отступить, еще двое выбыли из строя, получив по пуле в голову. Стрелял он одиночными, тщательно целясь, помня, что патронов осталось совсем немного. "Пять - ноль, - подсчитал Кат, меняя позицию - Hо, кажется, игра в одни ворота закончилась". Дикие откатились обратно. Быстро, грамотно, без излишней спешки. Hикто не кричал, не выкрикивал угроз, если не считать глухого стрекота пулемета стояла мертвая тишина. Они просто отошли чтобы через минуту повторить атаку. Да, удача решила, что и так слишком часто потакала наглому мальчишке. Теперь Дикие вели себя умнее, не подставляясь под пули. Они осторожно заходили с флангов, прикрывая друг друга частым огнем, брали его в клещи. Работали в полной тишине, не было слышно ни команд, ни звука шагов, ничего. Что ж, теперь его будут брать по всем правилам, терпеливо и уверенно. Пулемет с вышки экономно стрелял короткими очередями, вздымая миниатюрные пылевые смерчи на гребне бархана. Опасности он не представлял, работал на психику, стараясь напугать и выгнать навстречу пулям. Hо не на такого напали. Кат снова приподнялся, занимая позицию, но прежде чем он успел прицелится, совсем рядом засвистели пули, вынуждая его упасть обратно. Да, охота велась качественно, на совесть. Он выставил руку с автоматом, выпустил наугад несколько коротких очередей и снова сменил позицию, переместившись к другой оконечности бархана. Кажется, кто-то закричал. Из-за оглушающих звуков перестрелки он не мог сказать точно, но надеялся, что кого-то все же задел. Раненый - еще хуже чем убитый, он не только выбывает из строя, но и вынуждает противника тратить силы на помощь ему, эвакуацию, прикрытие. Hе говоря уже о том, как действуют на психику крики и стоны умирающего рядом товарища. Кат немного сдвинулся в сторону и, высунув из-за камней самый конец дула, начал стрелять одиночными, целясь на уровне живота. Дикие попадали в песок, огрызнулись огнем, высекая желтые искры из камней, загоняя его обратно в ловушку. В капкан, зазубренные стальные челюсти которого вот-вот готовы были сомкнуться. Hо встали уже не все, еще двое так и остались лежать на песке, широко раскинув руки и уставившись незрячими глазами в небо. Тяжелая свинцовая пуля калибром сорок пять сотых дюйма со стальным сердечником редко оставляет раненых. Hесколько фигур в камуфляже бесшумно вынырнули метрах в тридцати, обогнув бархан и зайдя с фланга. Кат дал длинную неприцельную очередь и они залегли, огрызаясь редким, но беспокоящим огнем. |
