Нет, она определенно не хотела назад, к Берту, но в то же время не хотела и никого незнакомого - ни для тусовки, ни, тем более, для постели. Вероятнее всего, захотелось нормальной жизни, такой, к какой она привыкла, - житья в Америке, в большом городе и работы в конторе, а не «на земле». И приятелей, парней с Манхэттена, и по вечерам - еды из китайского ресторанчика за углом, а еще - субботних поездок, одной или в компании, в какое-нибудь прекрасное место: их кругом полно, прекрасных мест, хоть в Коннектикуте, хоть в Вирджинии - где угодно…

    "Черт побери! - подумала Амалия, - мне же полгода никто не звонил по телефону!»

    И стало необходимо сейчас же услышать в трубке знакомый голос. Она подошла к телефонному аппарату - рядом с ним лежал информационный буклетик, - нашла инструкцию, как звонить за рубеж, вызвала Нью-Йорк. Очень хорошо, но какой номер вызвать в столице мира? Там сейчас семь вечера, добрые люди едут домой с работы.. И вдруг, импульсивно, отщелкала номер своего бывшего шефа, господина Мабена. Секретный номер, для своих.

    Пи-пи-у-у, - запела трубка, и сейчас же знакомый голос проскрипел:

    -  Мабен,

    -  Добрый вечер, господин Мабен, это… Он перебил ее, буркнув:

    -  Узнал. Вы в прежней компании?

    -  Да, сэр, - пролепетала Амалия. Принял за кого-то другого, решила она. - Это…

    -  Я вас узнал, - отрезал Мабен. - Имею для вас информацию. Вот и влипла, подумала она и села.

    -  Возможно, вам известно, - скрипел голос в трубке, - что Лентини… Вы расслышали имя? Лен-ти-ни.

    -  Да.

    -  С его людьми произошел неприятный инцидент в марте, в Голландии..

    -  Вот как.

    -  Весьма неприятный. Сейчас он в Испании, лично. У меня всё, прощайте - В трубке опять запищало - отбой.

    Амалия подобрала ноги, ощутив, что по полу тянет от кондиционера. Разумеется, она знала, кто такой Лентини: еще работая в ФБР {откуда ее и сманил в «Джи Си» Мабен), прочитала обширную ориентировку на старого гангстера, а память у нее была профессиональная. Джовашш Лентини по кличке Папа, 1933, уроженец Сицилии, имеет дом на Лонг-Айленде, активный участник гангстерской войны 1961 года, глава «семейства», занимающегося всем самым дрянным, что только есть на свете. Наркотики, игорные дома, оружие. Имеет обширную сеть исполнителей. Прикрытие, торговый дом, импортирующий одежду из Юго-Восточной Азии. Сильные связи в полиции Нью-Йорка. Пользуется огромным авторитетом в преступном мире Нью-Йорка. Практически никогда не выезжает из города, посещает такую-то церковь, и так далее…

    -  Вот оно что, - пробормотала она и внезапно ощутила, что замерзла вся, не только ноги. - Понятно, понятно…

    Действительно, ей все было понятно, даже то, почему Мабен был краток, как телеграф, - боялся, что ее телефон запеленгуют. Но каков старик - узнал ее по голосу, с четырех слов! «Значит, это были бандиты Лентини, - думала Амалия, роясь в сумке и натягивая на себя чистые брюки. - А, черт, волосы мокрые, как водоросли, отпустила гриву… Вот оно что… Не латиноамериканцы, как она подумала тогда, а итальянцы, конечно же! Тот, смуглый и кривоногий, что вышел из коричневого вэна, и тот, что выпал из синего „БМВ“, курчавой головой вперед. „Практически никогда не выезжает из города“. И прибыл в Испанию - надо же! Высокая честь, ничего не скажешь… Когда он родился, моих родителей еще и в проекте не было».