-  Не понимаю, почему ты так уверена, что он полетел дальше, - ворчал Джек. - Сел на поезд или автобус, и ищи-свищи…

    Амалия его не слушала; ее словно била внутренняя дрожь радостного предчувствия. Она проскочила в дверь аэровокзала и вдруг ощутила, что возбуждение сыграло с ней шутку: надо немедля зайти в туалет, такое иногда уже бывало. Дамская комната была недалеко от входа, и таи Амалия обнаружила нечто приятное; автомат для продажи женских деликатных штучек - прокладок и тампонов, Собираясь в дорогу - спешно, как мы помним, - она не сунула в сумочку эти самые прокладки и по сей причине несколько страдала. Правда, прихватила трусики.

    Прощу у читателя прощения за интимные подробности из жизни крошки Амалии, но они прямо связаны с ее приключениями. Она взяла пакетик из автомата, зашла в кабинку и, сидя на унитазе, принялась присобачивать прокладку к трусикам, с досадой думая, что за хлопотами забыла купить упаковку запасных: взятые из дома она уже извела. Нагнулась к коленям и увидела под дверью, дюймов на пятнадцать не достающей до пола, ноги в приметных дамских ботинках: высоких, со шнуровкой и двумя ремешками поверх шнуровки - на пряжках

    Она была хорошо подготовленным профессионалом, в свое время прошла долгую тренировку наблюдательности, а за месяцы работы в Хоуэлле навыки восстановились. Только что, пробегая от автоматических дверей аэровокзала - направо и в коридор, - она зафиксировала эти нестандартные ботинки, как и тьму других деталей, лиц, человеческих фигур, автоматически оседающих в памяти. Амалия пригнулась пониже и увидела ноги до колен и край черной юбки в широкую складку; нет, это брюки-юбка… Странно: «хвосту» незачем входить в уборную следом за объектом, надо ждать снаружи, не засвечиваясь. А! Есть вариант. «Она проверяет, не назначено ли у меня здесь рандеву, - прикидывала Амалия. - Если так, она выйдет отсюда не раньше, чем я пойду к двери. И сама в кабинку не зайдет. Будет наводить красоту перед зеркалами».

    Ноги тем временем исчезли. Пришлось пригнуться к самому полу; вот она где - в зальце с умывальниками, действительно…

    Амалия неторопливо натянула на себя всю амуницию, одернула куртку и тоже подошла к умывальнику. Дама в черных брюках, ботинках и сизо-черном пальтеце как раз направлялась к выходу. На соседнем умывальнике осталась лежать раскрытая пудреница.

    "Ложная тревога, - подумала было Амалия. - Ушла». Но подумав так, не успокоилась и в свою очередь прошла вдоль кабинок, заглядывая под двери. Тревога оказалась не ложной, ибо все кабинки были пусты. Следовательно, ботинки с пряжками убедились: здесь рандеву устраивать не с кем А на случай, если кто зайдет, ботинки оставили пудреницу: ах-ах, дамы, ах, я забыла, пришлось вернуться! Амалия вышла, оглянулась - ботинок не видно - и шепнула Джеку:

    -  Мы под колпаком.

    Джек угрюмо кивнул и мимикой изобразил недоумение - он-де ничего не заметил. Но приотстал и шел дальше параллельным курсом, наблюдая за тылами.

    …Полицейский начальник был любезен на удивление; видимо, господин Ренн чем-то его улестил. В два счета Амалия получила доступ к компьютерному терминалу, с ней и здесь были крайне любезны - предупредительны, можно сказать, и она решилась на дерзкую просьбу. Штука в том, что ей остро не хотелось называть новое имя Эйвона: не нужно, чтобы здесь знали, из-за кого такая суета. Фрау, сидящая у терминала, вызвала окно запроса, и тут Амалия - тысяча извинении, почтенная госпожа, но такова специфика нашей работы, мы не можем разглашать имя подозреваемого - попросила, чтобы та отвернулась, когда Амалия будет набирать это имя.