Она подождала, пока оформят билеты, потом прошла регистрацию на лондонский рейс, сдав багаж. Зайдя в бар, попросила бокал вина. Лучше всего заночевать в Гатвике, в одной из гостиниц рядом с аэропортом. Впервые после известия о смерти Генри она чувствовала себя хорошо, хотя и волновалась. Ей не терпелось поскорее вернуться на Сент-Джон, чтобы проверить свою догадку. Подойдя к киоску, она купила телефонный жетон, нашла телефонную будку и позвонила в бар «У Дженни» в Крус-бей. Трубку снял Билли Джонс.

— Билли? Ты меня не узнаешь? Это я, Дженни.

— Боже мой, мисс Дженни, откуда вы звоните?

— Из Парижа. Я в аэропорту. Здесь сейчас почти половина восьмого вечера. Билли, завтра я возвращаюсь, сначала — рейсом до Антигуа, а потом самолетом компании «Лайэт» до Сент-Томаса. Увидимся в районе шести.

— Отлично. Мэри будет рада-радешенька вас видеть.

— Билли, к вам заходил мужчина, которого зовут Шон Диллон? Я попросила его навестить вас.

— Конечно заходил. Вместе с Бобом Карни и каким-то бригадным генералом Фергюсоном они исходили все море в наших местах. По правде сказать, об этом мне только что сказал Боб. Он говорит, у них тут назначена встреча. Все трое зайдут сюда в районе шести.

— Хорошо. Передай Диллону от меня следующее. Скажи, что я возвращаюсь, потому что, возможно, знаю, где она находится.

— Что находится?

— Ничего особенного. Передай ему то, что я сказала, вот и все. Это очень важно.

Положив трубку, Дженни взяла ручную кладь и, по-прежнему пребывая в возбужденном и приподнятом настроении, прошла через зону, где дежурила служба безопасности, в зал ожидания для пассажиров международных рейсов.

Оставив джип на стоянке рядом с Монгуз-джанкшн, Фергюсон и Диллон направились к бару «У Дженни». Бригадный генерал, одетый в яркую фланелевую спортивную куртку, галстук гвардейского гренадерского полка и панаму, которую он нахлобучил на голову под залихватским углом, имел исключительно внушительный вид. На Диллоне был костюм из темно-голубого шелка и белая рубашка из хлопчатобумажной ткани, застегнутая на одну пуговицу. Когда они вошли в бар «У Дженни», тот был уже наполовину заполнен посетителями, появляющимися в самом начале вечера. Боб Карни стоял, прислонившись к стойке бара. На нем были брюки из белой льняной ткани и голубая рубашка. Спортивная куртка была брошена на табурет рядом.

Обернувшись, он присвистнул.

— Настоящая демонстрация мод. Слава богу, я тоже приоделся.

— Ну, мы, если можно так выразиться, встречаемся лицом к лицу с дьяволом. — Фергюсон положил свою трость из ротанга на стойку бара. — Мне кажется, что при сложившихся обстоятельствах нужно постараться. Шампанского, хозяин, — сказал он, обращаясь к Билли.

— Я так и думал. У меня как раз припасена охлажденная бутылка «Поль Роже». — Вытащив бутылку из-под стойки, Билли ударом кулака вышиб пробку. — А теперь я хочу сделать вам сюрприз.

— Какой еще сюрприз? — спросил Карни.

— Мисс Дженни звонила из Парижа, из Франции. Она возвращается. Завтра, примерно в это же время, планирует уже быть здесь.

— Отлично.

Билли наполнил три бокала.

— А вам, мистер Диллон, она просила передать нечто особенное.

— Да? И что же именно?

— Дженни сказала, что это важно. Она просила передать, что возвращается, потому что, как ей кажется, знает, где она находится.