– Вот что такое любовь. В этом ты вся.

– Это так больно.

– Я бы хотел забрать твою боль.

– Я знаю, – прошептала Ханна. – Знаю.

Она не могла поддаться отчаянию, не могла позволить своему горю затянуть ее обратно в тьму. Она должна оставаться сильной. Ради Майло, ради Шарлотты, ради себя. И ради Лиама тоже. Ради всех людей, которых она любила каждым яростным ударом своего сердца.

– Я не сдамся.

– Я и не ожидал от тебя меньшего.

Несколько минут они сидели молча.

– Мы не потеряем его, – тихо произнес Лиам, его голос звучал хрипло.

– Ты не можешь мне этого обещать.

– Я могу попытаться.

Ханна хотела верить ему. Она отчаянно хотела этого. Обычно это она цеплялась за надежду. Но сейчас, в момент сомнений, именно Лиам ее поддерживал.

Внезапно Призрак вскочил на лапы. Подняв голову, он издал свирепое рычание и бросился к лестнице.

Лиам мгновенно оказался на ногах, с оружием в руках.

Адреналин забурлил в жилах Ханны. Если их обнаружат, в опасности окажутся все, а не только Майло. Она включила рацию.

– Призрак что то почувствовал. Вы что нибудь видите?

– Сзади ничего нет, – ответила Квинн.

– Есть кое что, – сообщил Бишоп сквозь шипение помех. – Посторонний в одиночку приближается к подъездной дорожке с улицы. Двигаемся на перехват.

– Уже иду. – Лиам посмотрел на нее, выражение лица жесткое, плечи напряжены, весь собранный. – Оставайся здесь. Защищай Майло.

Ханна взяла в руки верный «Ругер», который вернула ей Квинн, и кивнула.

Лиам направился к лестнице.

– Призрак, оставайся с ней.

Призрак колебался, его тело дрожало, напрягаясь от желания ворваться на лестницу и атаковать все, что угрожает его маленькой стае.

– Призрак, – позвала Ханна. – Пожалуйста.

Он вернулся к ней жалобно поскуливая. Ханна погладила его по спине и посмотрела вниз на своего сына – ее сердце, ее жизнь.

– Живи, мой драгоценный мальчик. – Она положила руку на его хрупкую грудь. – Ты должен бороться за жизнь. Борись, Майло. Борись всем, что у тебя есть.

Глава 50

Лиам

День пятьдесят четвертый

Виггинс открыл входную дверь, дрожащей рукой. От него воняло мочой.

Холодный воздух ворвался внутрь, снег закружился у ног Виггинса.

Лиам присел за стенкой шкафа для одежды, М4 поднят и прижат к плечу, готовый к бою.

Бишоп проскользнул через кухню в гараж. Ему предстояло выйти через боковую дверь и обойти их с фланга, пока никто не догадался, что он там.

Квинн присела на корточки с противоположной стороны от входной двери, вне поля зрения. Она держала «Беретту», которую он ей дал, и целилась в Виггинса.

Лиам проинструктировал Квинн не вмешиваться, если в этом нет крайней необходимости. Одна только угроза ее пистолета Виггинсу позволяла держать в узде такого слабого, плаксивого человека, как он.

Послушается ли она – это уже другой вопрос.

– Что вам нужно? – Голос Виггинса прозвучал высоко и визгливо.

Лиам напрягся. Если Виггинс выдаст их, то ему конец.

– Я Лютер, – назвался человек. – Я здесь, чтобы поговорить с Лиамом Коулманом.

– Его здесь нет, – заикаясь, произнес Виггинс. – Я один. Совершенно один.

– Я единственный, кто в курсе. Я дежурил, когда увидел, как ваши люди пробрались внутрь. Я не доложил об этом. Я не стрелял в вас. Поверь мне, ты бы знал. Я не промахиваюсь.

– Вы явно не слушаете. Здесь никого нет. Я понятия не имею, о чем вы говорите. Я просто сидел за приятным ужином, пока меня так грубо не прервали.