Остановив машину возле «Чистилища», Рорк подошел к клубу и открыл двери с помощью электронного ключа. Чудовищный разгром, учиненный здесь убийцей, был уже ликвидирован, и даже имелись некоторые признаки того, что тут начались ремонтные работы. Клуб, правда, еще не принял облик того элегантного вместилища порока, како­вым он являлся до совершенного здесь преступления, но Рорк не сомневался, что скоро он снова им станет. Очень скоро.

Разбитые лампы уступили место новым, которые от­брасывали на пол золотистые круги и квадраты – в зави­симости от формы своих плафонов; зеркала тоже поменя­ли. С удовлетворением оглядываясь вокруг, Рорк прошел к бару и плеснул в стакан на два пальца бренди. В этот мо­мент по длинной змеистой лестнице со второго этажа спу­стилась Ру Маклин.

– Проверяю систему безопасности, – с легкой улыб­кой пояснила она. – Мы уже на ногах и скоро открываем­ся. Ты быстро работаешь!

– Мы должны открыться в течение ближайших семи­десяти двух часов.

– Семидесяти двух? – Женщина недоуменно подняла брови и взяла протянутый Рорком стакан с бренди. – Ка­ким образом нам это удастся?

– Это уж мое дело. А ты завтра утром оповести об этом всех работников. Расписание смен составьте сегодня же. Мы откроем клуб в пятницу вечером, причем – с большой помпой! – Рорк, прищурившись, посмотрел на нее и поднес свой бокал к губам.

– Ты хозяин, тебе и решать.

– Вот это правильно! – Рорк вынул сигареты, закурил одну и бросил пачку на стойку бара. – Как он до тебя до­брался?

На лице Маклин на мгновение отразился испуг, а за­тем оно приняло удивленное выражение.

– Ты о чем?

– Он использовал мой клуб для того, чтобы делать свой маленький бизнес. Ничего особо страшного, ничего особо важного, но вполне достаточно для того, чтобы он, довольный, сидел в своей маленькой крепости и злорадст­вовал, что водит меня за нос на моей же территории. Воз­можно, коп, которого здесь убили, начал о чем-то догады­ваться, и это стоило ему жизни. Его убрали раньше, чем он успел разнюхать хоть что-нибудь существенное.

Маклин смертельно побледнела; ее лицо теперь напо­минало серую простыню.

– Ты думаешь, копа убил Рикер? – спросила она.

Рорк затянулся, выдохнул облачко дыма и посмотрел на женщину сквозь сизую пелену.

– Нет, я так не думаю. По крайней мере, не уверен. Но забавно, как все совпало по времени. Очень неудачно для копа, не очень удачно для меня и уж совсем погано для тебя, Ру.

– Не понимаю, о чем ты говоришь!

Маклин отшатнулась, но Рорк накрыл ладонью ее ру­ки и крепко прижал их к стойке.

– Не надо, – произнес он тихо, но с таким выраже­нием, что у нее по спине побежали мурашки. – Иначе я разозлюсь еще сильнее. Я задал тебе вопрос: как он до те­бя добрался? И спрашиваю тебя об этом потому, что на протяжении многих лет мы с тобой были добрыми друзь­ями.

– Ты сам знаешь, что между мной и Рикером ничего нет!

– Я хотел бы в это верить. – Рорк наклонил голову, не отводя взгляда от Маклин. – Но ты почему-то вся тря­сешься. Боишься, что я сделаю тебе больно? Но разве я когда-нибудь бил женщин, Ру?

– Нет… – Большая прозрачная слеза скатилась по ее щеке. – Это не в твоем стиле.

– Зато это в стиле Рикера, не так ли? Он делал тебе больно?

Маклин плакала не от страха, а от стыда, ее голос дро­жал и срывался.