Дискет на столе валялось несколько десятков, и на каждой было написано имя. Это были имена полицей­ских – от младшего офицерского состава до высшего начальства из Башни.

– Что ж, по крайней мере, в своей охоте на ведьм он был демократичен и не делал различий между важными шишками и простыми копами. – На одной из дискет Ева увидела свое собственное имя. – Мы, естественно, забе­рем их с собой, хотя просмотреть их все до одной будет чертовски тяжелой работой. Смотри-ка, компьютер все еще включен, – сказала она, заметив желтую лампочку, горевшую на корпусе системного блока.

Ева села перед компьютером, задумчиво уставившись на пустой экран монитора, и Рорк наконец не выдержал.

– В компьютер вставлена дискета, – заметил он. – И мне почему-то кажется, что она не принадлежала уби­тому.

– Ты здесь что-нибудь трогал? – Ева повернулась на вращающемся кресле и посмотрела на мужа сердитым взглядом. – Я же велела тебе ничего…

– Ева, заткнись и посмотри, что на этой дискете!

У нее было что ответить ему, но это могло подождать. Ева повернулась к экрану компьютера и открыла файл.

Послание не содержало ни изображения, ни звукового сопровождения, только текст – холодные, строгие буквы на дымчатом фоне:

Лейтенант Даллас, поскольку вы являетесь главным сле­дователем по делу об убийствах Коли, Миллза, а теперь еще и Бейлиса, я адресую это послание вам.

Я глубоко сожалею о гибели детектива Таджа Коли. Ме­ня ввели в заблуждение – в первую очередь благодаря усили­ям человека, которого я собираюсь казнить за совершенные им преступления. Преступления против полицейского знач­ка, который он коварно использовал в своих грязных целях, ради удовлетворения снедавшей его жажды власти. Разве такое нарушение присяги является менее тяжким преступ­лением, чем поступок Миллза, предавшего значок ради денег?

Меня не волнует, согласитесь вы со мной или нет. Я дал клятву сделать то, что уже делаю, и я буду продолжать делать это. Учитывая то, что вы оказались замешаны в этом деле, мне пришлось ознакомиться с досье, которое со­ставил на вас Бейлис. Если собранные им предположения, об­винения и факты соответствуют действительности, это означает, что вы тоже замарали свой полицейский значок.

Разумеется, слова лжеца, продажного и властолюбивого ко­па, не заслуживают безоговорочного доверия, но вовсе не при­нимать их в расчет также нельзя.

Даю вам семьдесят два часа на то, чтобы доказать свою невиновность. Если вы действительно связаны с Максом Рикером через вашего мужа, вы умрете. Если же обвинения против вас фальшивы, а вы на самом деле являетесь таким опытным и добросовестным полицейским, как про вас гово­рят, вы в течение этого времени сумеете найти способ раз­давить Рикера и его банду. Это потребует от вас максимальной собранности и применения всех имеющихся у вас на­выков. Обещаю вам, что в течение указанного срока я не предприму никаких действий ни против вас, ни против кого бы то ни было еще.

Покончите с Максом Рикером, лейтенант, или я покончу с вами!

Рикер, безусловно, являлся одной из ее мишеней, и она была решительно настроена на то, чтобы покончить с ним. Однако он не был, да и не мог быть ее главной ми­шенью. Каким бы образом ни был связан с убийцей Ри­кер, Ева охотилась на полицейского-мутанта, и если ему вздумалось вступить с ней в единоборство, что ж, так тому и быть! Но ему не удастся запугать ее или пустить по лож­ному следу. Она уже взяла правильный и пройдет по нему до конца, шаг за шагом.

Ева прикрикнула на уборщиков, а затем позвонила в лабораторию и, накричав для острастки на экспертов, по­требовала, чтобы исследование образцов, которые она сейчас же высылает, было проведено в самом что ни на есть срочном порядке.