– Готовы ли вы признать, что брали взятки и прини­мали услуги от Макса Рикера в обмен на передачу ему слу­жебной информации и помощь в его незаконной деятель­ности?

– Да, я брал деньги. Дело в том, что я боялся ответить ему отказом. Мне стыдно в этом признаться, но я опасал­ся за свою жизнь. Но я не один такой.

«Теперь, когда он заговорил, его уже не остано­вишь», – подумала Ева.

– А что капитан Рот? – спросила Ева.

– Рот? – Заметно повеселевший Вернон фыркнул. – Она ничего не замечала. Я даже скажу, не хотела замечать. У нее свои проблемы. Мечтает стать большим начальни­ком. Она неплохо умеет играть в закулисные игры, но вы­ше капитана бабе все равно не прыгнуть. Да еще и муж у нее будь здоров: трахает все, что шевелится. Сама Рот здорово закладывает за воротник. Как раз когда охотились на Рикера, она так бухала, что не видела ничего вокруг себя, поэтому нам было очень просто пустить операцию под от­кос. Мы просто уничтожили кое-какую информацию, «потеряли» наиболее важные вещественные доказательст­ва, подправили парочку отчетов, и – дело в шляпе!

– Да уж, в глубокой… шляпе.

– Послушайте! – Вернон подался вперед. – Рикер умен. Он знает, что ему не нужен весь отдел целиком, до­статочно подкупить нескольких ключевых людей. И они начинают работать на него, а также вербовать новых аген­тов: им хорошо известно, кто может взять на лапу, а кто – нет.

– Коли не мог?

– Коли… Он был прямолинейным, как напильник! А ведь, казалось бы, чего проще: потолкался в отделе, по­слушал, что болтают люди о готовящейся операции, потом пересказал все это Рикеру, получил денежки и – все де­ла! – Самодовольно улыбаясь, Вернон развел руками. – Быстро, просто и красиво. Если операцию проводят про­тив самого Рикера, он может заранее скрыться, сбежать, сделать все, что угодно, чтобы расстроить планы полиции. Если же ее проводят против кого-нибудь из его конкурен­тов, он сидит, поплевывает в потолок и ждет, а когда все кончено, прибирает к рукам и бизнес конкурента, и его клиентуру. Но вот в последние года два я стал замечать, что у него здорово поехала крыша.

– У Рикера?

– Да. Он стал чересчур увлекаться выпивкой и нарко­тиками. Как ни придешь к нему, он либо пьяный в задни­цу, либо нанюхался до одури. Теперь он – законченный наркоман и наполовину свихнулся. Он часто не контроли­рует свои действия и делает глупости. И вот – дошел до того, что грохнул полицейского! Совсем спятил!

Ева протянула руку через стол и схватила Вернона за запястье.

– У вас есть какие-то сведения о том, что Макс Рикер организовал убийство Таджа Коли?

Ему очень хотелось сказать «да», чтобы придать своим показаниям больший вес, но это было опасно. Даллас наверняка подловит его на вранье и тогда уж точно вывесит сушиться на солнышко. Немного помявшись, он ответил:

– Не могу сказать, что он приказал его убить. Но я слышал кое-какие разговоры.

– Что за разговоры, Вернон?

– Время от времени мы с одним из людей Рикера вы­пивали или выкуривали по «косячку». Я ведь не один за­мечал, что Рикер слегка свихнулся. И вот этот парень – его зовут Джейк Эванс – примерно месяц назад стал рас­сказывать мне, что Рикер играет в какие-то игры с отде­лом внутренних расследований. Он знал, что этот отдел внедрил в клуб своего человека, вот и решил натравить од­них копов на других. Поначалу Рикер просто хотел, чтобы у клуба были не­приятности, и для этого стал перекачивать через клуб нар­котики, но потом у него родилась идея получше – сделать вид, что некоторые полицейские проворачивают там свои делишки.