– Я лежала в кровати, в своей комнате. У меня была тогда своя комната: у отца откуда-то появились лишние деньги, и он снял квартиру побольше. Думаю, это были деньги Рикера. В комнате было темно. Отец пил в сосед­ней комнате, а я прислушивалась и молилась, чтобы он продолжал пить и дальше. Он обсуждал с кем-то какую-то сделку. Я не понимала, о чем речь, да меня это и не инте­ресовало. Важно было другое: пока он пьет, пока он с кем-то говорит, он не придет в мою комнату. Его гостем был Рикер, я это точно помню. Он несколько раз назвал его по имени.

Ева даже не предполагала, что этот рассказ будет да­ваться ей такой ценой, но картинка из прошлого в ее моз­гу была ясной и четкой, как цветная фотография, и она продолжала говорить:

– Видимо, речь шла о наркотиках; впрочем, это не важно. Я узнала его голос. Узнала, когда случилась эта вспышка. До той ночи я никогда его не слышала…

– Он видел тебя?

– Нет, но он знал обо мне. Отец упомянул про меня, когда пытался выторговать для себя побольше денег. Так что о моем существовании ему было известно. А после его ухода отец пришел ко мне в комнату. Он словно обезумел! Сначала он бил меня, а потом велел собираться, сказав, что мы отправляемся на юг. У него в тот момент, навер­ное, были деньги – или наркотики, которые он собирался продать. Больше я не помню ничего, кроме того, что мы, по-моему, находились в Нью-Йорке. А путешествие наше закончилось в Далласе – после того, как у него вышли все деньги. Я уверена в том, что он остался без цента в карма­не, потому что помню ту жуткую комнату, в которой мы поселились. Помню, как мы голодали, а он постоянно бе­сился из-за того, что ему не на что выпить. О господи!

– Ева! – Рорк уже был рядом с ней и гладил ее ру­ки. – Будь здесь! Оставайся со мной!

– Я здесь. Не волнуйся. Просто эти призраки напуга­ли меня, вот и все.

– Я понимаю. – Рорк обнял жену, и тут ему в голову пришло, что Еву вызвали в Башню как раз после того, как у нее случилась эта вспышка воспоминаний. В каком же состоянии она, должно быть, находилась, а тут еще эта «засада»! Он прижался губами к ее волосам. – Прости ме­ня, девочка!

– Это круг; порочный, заколдованный круг. Одно цепляется за другое: Рикер – за моего отца, отец – за ме­ня, я – за тебя… Я никогда не верила ни во что подобное, но – вот вам, пожалуйста!

– Через меня им до тебя не добраться. – Рорк взял лицо Евы в ладони и заглянул ей в глаза. – Они никогда не сумеют причинить тебе боль через меня.

– Я не то имела в виду.

– Понимаю, но это – то же самое. Мы порвем этот круг и сделаем это вместе. Я верю в такую вещь, как судьба.

– Только тогда, когда в тебе просыпается ирландец. – Ева неуверенно улыбнулась и отошла от стола. – Как ты думаешь, мог он знать, что я – та самая девочка, дочь его подельника? Мог ли он добраться до меня спустя все эти годы?

– Этого я не знаю.

– Если он пытался выследить моего отца, может быть, он сумел узнать, кто я такая? Скажи, возможно ли полу­чить информацию о том, что со мной происходило в те давние времена?

– Ева, ты заставляешь меня гадать на кофейной гуще…

– А ты бы смог? – перебила его Ева. – Если бы тебе понадобилась такая информация, смог бы ты ее найти?

Ей не хотелось, чтобы ее успокаивали. Она хотела знать правду.

– Если бы было достаточно времени, то, наверное, смог бы. Но у меня возможности гораздо шире, чем у Рикера. Да и не верю я в то, что Рикер стал бы тратить время на поиски восьмилетней девчонки, которую взяло на вос­питание государство.