Сейчас Варяг готовился провести самый важный в своей жизни сход, на котором ему предстояло добровольно отказаться от заслуженного и не раз подтвержденного в труднейших испытаниях и в кровавых разборках статуса воровского казначея. Да не просто казначея, не просто хранителя воровского общака, а лидера воровского мира, верховного арбитра в острых, доходящих до кровопролития, разногласиях, справедливого примирителя враждующих кланов, тонкого дипломата и стратегически мыслящего менеджера…

Он выбрал себе преемника, считая его человеком достойным, опытным и авторитетным. И теперь ему предстояло убедить людей в верности своего выбора. Варяг решил, что будет правильно провести большой сходняк по выборам нового российского смотрящего в Петербурге, в городе, где находилась резиденция его кандидата — Романа Филатова. Варяг загодя, еще за две недели, известил всех региональных авторитетов о проведении большого схода в начале декабря. Филат снял для этою мероприятия большой банкетный зал в гостинице «Прибалтийская», официально подав заявку на проведение совещания неправительственных организаций по проблемам регионального предпринимательства.

Ирония заключалась в том, что так оно и было на самом деле: в последние пятнадцать лет все сколько-нибудь крупные воровские авторитеты России, от Магадана до Калининграда и от Воркуты до Иркутска, занимались легальным бизнесом, став президентами крупных компаний или председателями советов директоров межотраслевых холдингов. И то, что генеральный директор корпорации «Самаралес» Василий Протеинов является вором в законе по кличке Ряха, а председатель правления АО «Нижневартовскуголь» Юрий Самсонов — вором в законе по кличке Самыч, знали лишь оперативники Следственного управления МВД Российской Федерации да заместители Генерального прокурора России, курировавшие соответствующие регионы…

О проведении в Северной столице однодневной конференции накануне сообщили все городские газеты и телевидение. Правда, сегодня телевизионщиков не было: оргкомитет конференции отказал в аккредитации всем съемочным группам по «соображениям безопасности». По просторному фойе некогда роскошной, а ныне потускневшей гостиницы прохаживались крепкие ребята: бритые затылки, широкие плечи, обтянутые черными Пиджаками, цепкие напряженные взгляды, спиралевидные проводки радиосвязи в ушах. У многих левые подмышки оттопыривались, красноречиво давая понять посторонним, что там покоятся не кульки с карамельками, а скорострельные «глюки» или «беретты». Попадались и милиционеры в форме, с автоматами — официально приданная городским управлением МВД охрана высоких участников мероприятия. Шутка ли сказать: ожидался приезд самого Владислава Геннадьевича Игнатова, председателя Совета по инвестиционным проектам, который собирался выступить на «закрытом заседании» утром. В длинном зале набралось человек семьдесят. Все расселись за большим П-образным столом, накрытым скромно, но со вкусом: холодные закуски для фуршета, бокалы для прохладительных напитков, кофейные чашки и вазочки с хрустящим печеньем.

Варяг обвел присутствующих долгим взглядом и поймал себя на мысли о том, как все изменилось за последнее время. Теперешний всероссийский сход разительно отличался от воровских сходняков даже пятилетней давности. За столом сидели солидные люди с благообразными холеными лицами и в дорогих костюмах, которые кичились друг перед другом не наколками — знаками воровской доблести и не числом ходок, а наручными часами, джипами и особняками на Лазурном берегу. Вот Кича — смотрящий по Краснодарскому краю, Василий Петрович Кичманов, владелец крупнейшей в крае сети гостиниц и казино, солидный бизнесмен, а ведь не скажешь, что в недалеком прошлом он имел в год по ходке и последний свой срок — пятнашку — он получил в девяностом за тройное убийство в Ростове. А вот Родион Казаков, Кизя, смотрящий по Астрахани, пять лет тому назад едва отмазанный от глупейшего ограбления инкассаторов Сбербанка, а ныне хозяин акционерного общества «Каспийская икра» — эксклюзивного экспортера осетровых.