Моё пожелание вызвало смущенное молчание. Я не сразу понял, что идти к ней латники откровенно побаиваются. А послать меня, тоже вроде как, не совсем прилично. Впрочем, несмотря на некоторую заминку, меня отвели к той самой, свежепостроеной башне. Я отметил толстые стены, когда зашел в низкую дверь.

Запахи деревенского быта изобилуют ароматами животных и процессов разложения, но мощный дух встретивший меня внутри, даже на этом фоне, обескуражил. Первый этаж башни был разбит на тесные клетушки, с деревянными дверьми-решетками. За ними было просто битком набито людьми. Изможденные люди испуганно жались в стороны. Правда один, заросший бородач, напротив, кинулся ко мне с криками, что он невиновен. И даже успел цапнуть за рукав. Но присутствующий тут же надсмотрщик тут же ударил бедолагу по руке дубинкой. Я не удивлюсь, если он сломал ему кисть. Протиснувшись мимо камеры и надсмотрщика я буквально вбежал вверх по узкой лестнице. Второй этаж башни был не достроен. Опорные балки для пола уже лежали. К одной из них был подвешен голый, заросший бородой мужчина. Довольно сильно избитый. Рядом с ним стояла Гвена. И медленно резала его крохотным, но явно очень острым ножиком.

Несчастный бился в веревках от боли и мычал сквозь кляп.

— Потрепыхайся, потрепыхайся, — похохатывал рядом с Гвеной угрюмый хмырь. В нем я, не без удивления, узнал предводителя убийц, когда-то давно напавших на меня прямо в моем доме. Сейчас он был одет как зажиточный горожанин. Из образа выбивалась толька алебарда и длинный меч на боку.

— Ой, Магник! — Гвена наверняка услышала мои шаги еще когда я поднимался по лестнице. А увидев кто именно к ней пожаловал, она всплеснула руками и кинулась мне на шею. К счастью, предварительно сорвав с себя забрызганный кровью кожаный передник. От неё пахло кровью и человеческим говном. Выглядела она счастливой. Я, несколько грубовато, отстранил её.

— Что тут происходит? — рявкнул я, с неудовольствием отметив, что мой голос дрогнул.

— Да вот, вопросики хочу задать. А перед вопросиками надо человечка слегка размять. Ну и остальным показать, что будет, если молчать, — Гвена кивнула в сторону.

Я только сейчас огляделся. По углам сидело несколько бандитского вида хмырей. И висело на балках еще несколько человек.

— Кто это? — спросил я, кивнув в сторону пытаемого.

— Ты не помнишь? Он нас убить хотел, помнишь. У него еще мой меч раньше был. Злючка такой был. Да помнишь же. Тут его все называют сеньор Злой, но я просто Злючкой. Он так злииится, когда это слышит, — и Гвена обезоруживающе засмеялась.

— Узнал, — процедил я, стараясь сдержать внезапно поднявшуюся во мне волну недоумения и злости. Похоже, поставить во главе секретной службы демона, оказалось совсем не такой уж и хорошей идеей.

— Магник, ты не думай, — хлопнула меня запачканной в крови ладошкой по груди демоница. — Я его с Элечкой спрашивала. Он месяцок один в яме посидел и все-все честно рассказал. А теперь ему старые друзья за это кишки через попку вытащат, поэтому он от нас никуда.

— Почему мне не… — я запнулся. Тут не было глагола «докладывать». — сообщила?

— Так нечего пока особо рассказывать. Вот найду что интересное показать, так сразу покажу, — Гвена щелкнула пальцами. Рядом появился слуга с лицом уголовника и протянул ей смоченное в теплой воде полотенце. А сам застыл, держа на подносе два бокала. Очень вышколенный тип, моя прислуга в поместье так не умеет.

— А ты чего это вдруг ко мне? — спросила Гвена, вытирая руки. — Кстати, попробуй вино. На той неделе два бочонка у таскунов взяли.

То есть, конфисковали у контрабандистов.