Я боролся, но чувствовал, что еще немного и терпение горожан лопнет. Поэтому, когда от Ивэйна пришло предложение о встрече — я просто не мог отказать. Помимо понятных условий, оговаривающих место и количество сопровождающих, там было и про то, что на встрече должна присутствовать Адель.

Последнее меня здорово напрягало. Место тут горное, люди горячие, про закон и порядок и слышать не хотят, пока не начнешь его бутылкой насаждать. Ивэйн вполне мог попытаться отбить мою жену. Или, даже просто убить меня, забрать Адель, и тем разрубить клубок противоречий.

Поэтому я попросил три дня отсрочки перед встречей и пошел к Эглантайн. Ведьмочка практически перебралась жить в Университет. Под крылышко к Эфесту. У меня совершенно не было времени, чтобы следить за тем, чем они там заняты. Зато у меня было время на указания. Я дал задание старому колдуну и молодой ведьме сделать мне что-то, что могло бы быть использовано в спорах с Королем. Через три дня они принесли мне запаянный бронзовой пробкой глиняный сосуд.

— Это называется «Туман Эфеста», — без ложной скромности заявил старый волшебник. — Я сумел добиться невероятного, совместив дикую магию горных ведьм и высокое искусство…

— От него все должны уснуть, — перебила его Эглантайн. — Мы уснули. Надо просто разбить. Туман накроет всех вокруг шагов на двадцать.

Я бы предпочел что-то типо карманного молниеметателя, но увы, приходилось работать с тем что есть. В конце концов, взяв с собой Адель, Фредерика с десятью его лучшими наемниками в качестве сопровождения и Сперата в качестве виночерпия, я был готов выдвинуться на встречу с Королем. В качестве советников у меня выступали Вокула и Эфест, Гвена и Эглантайн были подобающим образом закамуфлированные под фрейлин Адель. Волшебник и девчонки, вместе с сонной бомбой среди винных кувшинов, по совместительству выполняли роль запасного плана, на случай если встреча пойдет не так.

И вот, я сидел в изящном павильоне. Легкая, ажурная конструкция, с зелеными тентами защищающими от все еще злого осеннего солнца. У меня — скромная скамеечка. Добротная, но низенькая и не очень удобная. У Короля массивный стул, с высокой резной спинкой. Перед нами — низкий столик. На нем — настольная игра под названием Чатур. В нашем мире ближе всего к этой игре шахматы. Только тут еще надо кидать кости. В Королевстве умение играть в эту игру, как и слагать стихи, считалось необходимой рыцарской добродетелью. Наравне с верховой ездой, доблестью, щедростью, галантностью с дамами, милосердием к врагам и верностью слову. Что интересно, фехтование в этот список не входило. Видимо, правильный, четкий рыцарь должен был сидеть на лошади и гвоздить врагов булавой, уповая на доспехи. К счастью, Магн имел представление о правилах.

Собственно, именно сразиться в Чатур и позвал меня Ивэйн. Я думал, что это просто предлог — ведь позвать на переговоры врага было бы ниже королевского достоинства. Как и вызвать меня на поединок — формально я не принадлежал к рыцарскому сословию, если судить по законам Королевства. А значит, не был достоин подохнуть на королевском копье во время поединка, а не в неразберихе боя. Зато для Чатура я все еще был допустимый противник. Но Ивэйн меня сильно обескуражил. Он отметал любые попытки начать диалог, довольно грубо сказав:

— Играй.

Когда он повторил это в третий раз, я перестал делать попытки завести беседу.