Я привстал на стременах и посмотрел в сторону ряда кароччо, почти уверенный, что основная масса вражеских всадников уже развернулась в нашу сторону и строится в линии для атаки. К своему удивлению, там я увидел ожесточённую резню.

Глава 6

Смотри по сторонам

Коровиэль большой конь, сильно выше большинства лошадей. Однако, в толпе всадников у многих из которых украшения на шлемах, да и торчат то копья, то еще какой инструмент расчленения, толком вокруг ничего не видно. Но если еще и выпрямить ноги, «встав» в стременах, обзор получается относительно сносный.

Враги атаковали моих бедолаг-пехотинцев сразу в нескольких местах. Скорее всего, вражеская армия разбилась на «клубы по интересам». Кто-то стремился примкнуть к уважаемому человеку и добыть уважение, воюя под его знаменем. А кто-то пытался получить уважение демонстративно, просто находясь под этим знаменем, не принимая активного участия в бою. А может, это были просто конкурирующие группировки. Впрочем, мне это было только на пользу. Потому что между атакованными участками оставалось по нескольку незатронутых битвой отрядов пехоты.

У меня тоже была примерно такая же ситуация — я не был уверен, что Кант смог бы слаженно воевать ни с Эйриком, ни с Белым Рыцарем, если бы я не держал всех их под контролем. У каждого были свои представление о хорошем, но у всех одинаково большое мнение о себе. Хоть и проявляли они это каждый по своему. Вот только пока рядом был я, о котором каждый мог рассказать много хорошего, они вынуждены были работать сообща, хотя и не без напряжения.

Да, я гордился тем, что среди рыцарей и пехотинцев меня ценили за доброту и способность убить полностью одоспешеного конного ударом боевым молотом с земли.

Что происходило правее меня, я не видел за своими и чужими всадниками. Зато я мог наблюдать, как бьётся с моими пехотинцами «жёлтый отряд». Может, это просто особенность восприятия. Одинаковая цветовая гамма очень помогала сконцентрировать внимание и разобраться в происходящем. Желтые рыцари выбрали для атаки одно кароччо. Судя по десятку тел с торчащими в них обломками копий и расколотыми щитами, первый удар был страшен. Похоже, всадники чуть не вытоптали отряд пехоты, защищавшей это кароччо — они очистили от пехотинцев половину повозки, зачем-то убив даже запряжённых в неё быков. Передняя часть повозки пылала, как будто облитая бензином — явно последствия магического удара. Но заднюю часть повозки пехота не сдала, прижимаясь к ней, как к родной, пехотинцы буквально облепили её, как пчёлы соты. Прямо на моих глазах всадник в северном шлеме-ведре, весь задрапированный в жёлтое, таранил толпу пехоты конём. Плотная масса пехоты закрывалась от него щитами и неловко тыкала множеством копий. Боевой конь жёлтого рыцаря встал на дыбы, видимо пытаясь ударить копытами, но вместе с ним поднялся в воздух и пехотинец, прижатый толпой к его груди. Бедняге не было места упасть, а давление было такое, что он не мог выскользнуть. За ним поднялись и ещё несколько, но не так высоко. Жёлтый рыцарь орудовал моргенштерном на длинной цепи — хороший выбор, у меня есть похожий. Очень удобно бить через щит. Только мой бронзовый и ледяными глыбами шарахает. Кстати, хорошо что вспомнил, надо бы достать потом.

Как и всегда, во время волнения мысли скакали с одного на другое.

Рыцарь был хорош, но он был один. Если не считать пары конных боевых слуг рядом и пары арбалетчиков поодаль. А моих пехотинцев было много, и у многих из них были щиты — вокруг рыцаря строй стал похож на римскую черепаху, столько людей подняли свои овальные щиты над головой.