Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

     - Клянусь Богом, сахиб Тарвин, - сказал он, - ну и быстрый же вы человек! Значит, вы женитесь на леди-докторше, а потом уезжаете? Я приду к вам на свадьбу. Я и Пертаб Сингх.

***

     Невозможно в точности восстановить следующие два часа в жизни Николаса Тарвина. Он чувствовал такой прилив сил, что, казалось, готов был сдвинуть горы с места и повернуть реки вспять; под ним гарцевал сильный конь, а сердце обжигала мысль, что он потерял Наулаку, зато обрел Кейт. Когда он, как метеор, промчался по плотине, кули осознали, что происходит что-то очень важное, и тут же разнесся слух - их ждут великие дела! Артельный десятник явился на зов Тарвина и понял, что девиз дня - разрушение, а это, может быть, единственное, что восточный человек очень хорошо понимает. С громкими криками и пронзительными воплями они разметали по бревнышку пороховой склад, оттащили от плотины телеги и подъемный кран, порвали сплетенные из травы бечевы. А потом, по-прежнему понукаемые Тарвином, заложили бочки с порохом под верхнюю часть недостроенной плотины, завалили их сверху всякой всячиной и забросали песком. Дело делалось наспех, но порох, по крайней мере, был собран в одном месте, и Тарвин сделал все, что было в его силах, чтобы шума и дыма было побольше и магараджа получил удовольствие. Без чего-то пять махараджа прибыл на место в сопровождении свиты, и Тарвин, приказав всем рабочим отбежать подальше, поджег длинный зажигательный шнур. Огонь медленно подбирался к верхушке плотины. И тут, ярко сверкнув белым пламенем, плотина разверзлась с глухим грохотом, и поднятые в воздух клубы пыли смешались с облаком дыма. Воды Амета с яростью устремились в образовавшееся отверстие, закипели и запенились, и наконец, ленивым потоком влились в привычное старое русло. Дождь из падавших с неба обломков поливал берега Амета и поднимал фонтаны воды. Прошло совсем немного времени, и только облако дыма да почерневшие от взрыва крылья плотины, осыпающиеся на глазах по мере того, как их все больше и больше подмывала река, напоминали о том, что здесь велись работы. - Итак, сахиб махараджа, сколько я вам должен? - спросил Тарвин после того, как удостоверился в том, что никто из кули, даже самых неосторожных и безрассудных, не погиб.
     - Это было прекрасное зрелище, - сказал махараджа. - Я такого никогда не видывал. Жалко, что это нельзя увидеть еще раз. - Что я вам должен? - повторил Тарвин.
     - За это? О, да это же мои люди! Ну съели они немного рису, и к тому же почти все они отпущены из моих тюрем. Порох взяли со складов арсенала. Так какой же смысл толковать о том, кто кому должен? Да что я, какой-то там бунниа, который станет считать долги? Это была прекрасная тамаша! Клянусь Богом, от этой плотины и следа не осталось!
     - Я мог бы все отстроить заново, если бы вы захотели.
     - Сахиб Тарвин, если бы вы прожили здесь еще год-другой, вы, наверное, и получили бы счет; кроме того, хочу сказать вам: все, что вы заплатите, заберут те, кто расплачивается с заключенными, и, значит, ваши деньги не сделают меня богаче. У вас работали мои люди, рис нынче дешев, и кроме того, им повезло - они видели тамашу. Этого больше чем достаточно. Нехорошо говорить о платежах. Давайте вернемся в город. Клянусь Богом, сахиб Тарвин, вы человек ловкий. Теперь некому будет играть со мной в пахиси и веселить меня. И махараджа Кунвар тоже расстроится. Но это хорошо, когда мужчина женится. Да, это очень хорошо. Почему вы уезжаете, сахиб Тарвин? Это что, приказ правительства?
     - Да, американского правительства. Я нужен там, чтобы помочь ему управлять государством.
     - Вы не получали никакой телеграммы, - простодушно заметил король. - Хотя вы такой ловкий, что...
     Тарвин весело засмеялся, развернул лошадь и ускакал, оставив короля несколько заинтригованным, но совершенно безучастным.
Быстрый переход
Мы в Instagram