|
Чтобы согреться, Барбара забиралась в оранжерею. "Там надо подтапливать, - говаривал Фредди. - Там у нас всякая редкая штуковина. Ботаник из Кью утверждает, что есть даже лучшие экземпляры во всей стране". И вот Барбара перенесла туда свой письменный стол и нелепо восседала среди тропической зелени, в то время как снаружи, за колоннадой, стыла земля и деревья белели на свинцовом небе. Затем, за два дня до рождества, полк Фредди перебросили в другое место. Там совсем рядом у его знакомых был просторный дом, и он проводил конец недели с ними; трубы отопления теперь никогда не прогревались, и стужа в доме из простого отсутствия тепла стала чем-то грозно присутствующим. Вскоре после рождества разразился сильный снегопад, и вместе со снегом явился Безил. Он явился, как обычно, без предупреждения. Барбара, писавшая письма под сенью папоротников и пальм, подняла глаза и увидела его в проеме застекленной двери. С радостным вскриком она подбежала и поцеловала его. - Это просто чудесно, милый! Ты надолго? - Да. Мать сказала, ты сейчас одна. - Дай подумаю, где же это тебя поместить... Тут у нас все так необычно. Надеюсь, ты никого с собой не привез? Безил, как правило, являлся не только без приглашения, но и $ компании нежелательных друзей; это была одна из основных жалоб Фредди. - Нет, никого. У меня сейчас никого нет. Я приехал писать книгу. - Ах, Безил! Бедняжка! Неужто так плохо дело? Между братом и сестрой многое разумелось без слов. Уже не первый год, когда дела у Безила обстояли из рук вон плохо, он садился писать книгу. Это была грань капитуляции, и тот факт, что все его творения: два романа, книга путевых заметок, биография, труд по современной истории - не шли дальше первых десяти тысяч слов, свидетельствовал лишь о неистощимой жизнерадостности его натуры. - Книгу по стратегии, - сказал Безил. - Мне осточертело вколачивать идеи в головы тех, кто стоит у власти. Единственный выход - это обратиться через их головы к мыслящей публике. Я буду развивать главным образом доводы в пользу аннексии Либерии, но затрону и другие животрепещущие вопросы. Трудно будет только вовремя выпустить книгу, чтобы она успела оказать воздействие на умы. - Мама говорила, ты хотел поступить в гвардейские бомбардиры. - Верно, только из этого ничего не вышло. Мне сказали, они берут только молодых. Типичный армейский парадокс. Нам говорят, что мы слишком стары и нас призовут через два года. Я скажу об этом в книге. Ведь логичнее всего поскорее послать на убой старичков, пока еще в них дух держится. И не только о стратегии я буду говорить. Я набросаю генеральную линию для всего народа. - Ну, все равно я рада тебя видеть. Мне так одиноко, - Это мне одиноко. - Что нового у знакомых? - Знаю, ты об Анджеле. Она уехала домой. |
