— Радуешься королевскому перемирию? — прорычал Оуэн.

Дьюранд присоединился к друзьям.

— Намекаешь, что я прячусь за перемирие? Да? Ты это уже один раз сказал. Не думаю, что с турнира станут выгонять за пару выбитых зубов. К тому же они у тебя все равно как браслеты на руках портовой шлюхи.

Дьюранд кинул взгляд на обеспокоенное лицо Эйгрина.

— Погодите, — сказал Дьюранд. — В Тернгире собрались люди поважнее нас, а завтра нам предстоит выйти на ристалище. Я не думаю…

— Ты чего это, малыш, стал таким осторожным? А ну-ка заткнись, и тогда я, может, никому не расскажу о том, что видел этим вечером.

Сердце Дьюранда ушло в пятки. Земля закачалась под ногами.

— Думаешь, леди Бертрана обрадуется, когда узнает, что ты с ее фрейлиной…

— Закрой рот, — прошептал Дьюранд.

— Ух ты! Теперь…

— Заткнись!

Рука Дьюранда легла на рукоять меча. Сквозь шум в ушах он услышал, как кто-то произнес его имя.

— Убери свою железяку, а не то мне придется тебя серьезно проучить, — оскалился Вэир, извлекая из ножен клинок. — Кажется, я наступил тебе на больную мозоль.

Дьюранд сделал выпад, целя острием в лицо Вэиру. Здоровяк отпрыгнул:

— Он напал первый, — приходя в себя, произнес Вэир. — Вы все это видели.

Ухмылка исчезла с его лица. Все видели, как Дьюранд сделал выпад, и никто не смел отказать человеку благородного происхождения в праве на поединок.

Ни на Дьюранде, ни на Вэире не было доспехов, но противники даже не обратили на это внимания.

Вэир рывком сорвал с себя шерстяной плащ, сжав его в свободной руке.

Дьюранд атаковал, снова целясь в лицо противнику, и тут же почувствовал острую боль в районе бедра. Клинок Вэира настиг его. Дьюранд отскочил, обрушив меч на шею противника, но Вэиру чудесным образом удалось отразить удар, и в следующий миг лезвие прочертило кровавую полосу по предплечью Дьюранда. Дьюранд уклонялся, уходя от атаки. Истошно кричали чайки. Кровь текла по руке, заливая руку, в сапоге хлюпало.

Вэир был умелым мечником. Таким, как Конзар, Гоул, Кассонель. Размахивая мечом, он обрушивал на противника удар за ударом, и Дьюранд понял — ему не победить. Еще один взмах клинка — и на теле Дьюранда появилась новая рана. И вдруг в тот момент, когда Вэир поднял меч, чтобы отразить опускающийся на него клинок, Дьюранд обратил внимание на плечо здоровяка. С ним было что-то не так. Дьюранд вновь, воздев руку, опустил меч, и крепыш неуклюже парировал удар, вместо того чтобы просто отвести клинок в сторону.

Доброй половине рыцарей Эрреста хотя бы раз в жизни приходилось пережить вывих плечевого сустава. Плечо Вэира еле двигалось — здоровяк был не в силах поднять правую руку выше собственной шеи.

Дьюранд бросился в атаку, осыпая противника косыми ударами. В сапоге хлюпала кровь. Вэир попятился. Дьюранд высоко поднял меч, понимая, что этот удар противник ни за что не отразит. Это понял и Вэир, в глазах вспыхнули огоньки, лицо исказила гримаса. И вдруг он исчез.

Ошеломленный Дьюранд опустил клинок. Его схватили крепкие руки, над головой, истошно крича, парили чайки. Он почувствовал, как кто-то пытается вырвать меч. Дьюранд придвинулся на полшага вперед и все понял. Они сражались на утесе, возвышавшемся над морем на сорок фатомов. Вэир оступился и сорвался вниз.

— Смотрите! Смотрите! — раздался крик.

Дьюранд почувствовал приступ дурноты. Его окружили рыцари из отряда Ламорика. Сам Ламорик спешил к ним, надевая на ходу шлем.

— Владыка Небесный! Что же ты наделал! — прошипел он. Молодой лорд повернулся к Тернгиру, откуда уже показались люди. Впереди них верхом на коне мчался сам принц Бидэн:

— Что это значит? — грозно спросил он.