Дьюранд разжал пальцы, и солдат мешком повалился на пол. Видимо, Великие Силы внимательно наблюдали за ним, протягивая в самые ответственные моменты руку помощи. Дьюранд искренне надеялся, что ему помогают Силы Света.

Крадучись, на ощупь, он двинулся по узкому туннелю, прорубленному в стенах. Спустя некоторое время, он почувствовал облегчение — в его лицо дохнул свежий воздух, влажные стены расступились, и он оказался под открытым небом. Он стоял во внутреннем дворе — неподалеку вздымались стены святилища, шпили которого были усажены грачами, воронами, сороками. Птицы время от времени пикировали вниз и, важно задрав клювы, принимались разгуливать по двору.

Дьюранд кинулся к конюшням, вскочил на пегого коня, которого вряд ли кто-нибудь стал бы искать, и сквозь распахнутые ворота припустил в город.

Оказавшись на улицах города, Дьюранд потянул за уздцы, заставляя коня перейти на шаг. Уже опустились сумерки, мимо него спешили домой люди. Стража ждала удара колокола, чтобы закрыть ворота. Один из стражников даже сказал Дьюранду:

— Тебе повезло. В этом чертовом святилище уже час как должны были отзвонить к закрытию врат.

Дьюранд подумал о птицах, слетевшихся к святилищу, и об оскверненной иконе в Торментиле. Интересно, что стало с бесстрашным Патриархом? Дьюранда охватило желание пришпорить лошадь, которую он украл из замковой конюшни, но он взял себя в руки, пытаясь изобразить на лице скуку. Он должен добраться до последних ворот.

Наконец они показались впереди, и Дьюранд крепко сжал в руках поводья. Он почти вырвался.

Медленным шагом он проехал под каменным сводом надвратной башни, и когда он уже ощущал чарующий вкус свободы, кто-то рассмеялся. Дьюранд содрогнулся. За спиной зияла распахнутая пасть ворот. Еще один взрыв смеха, который теперь явственно звучал у него над головой. Черными кляксами со стены на него смотрела пара грачей.

Дьюранд, пришпорив лошадь, устремился к горизонту.

Всю первую ночь он скакал вслепую, полагая, что Мантльуэлл, где находился герцог, расположен где-то на юге. Спросить было некого. Всю ночь его преследовали птицы-падальщики.

Когда Око Небес поднялось над горизонтом, а в полях появились крестьяне, Дьюранд принялся спрашивать у них дорогу. Рядом постоянно кружили грачи. Порой, когда они подлетали достаточно близко, Дьюранд кидал в них камни. Иногда они взмывали так высоко, что превращались в черные точки, порхающие в облаках.

Где-то около полудня он увидел мальчика, стоявшего на дороге с синим куском материи в руках. Слева и справа от дороги раскинулись поля. Дьюранд натянул вожжи, увидев, что на самом деле в руках мальчика — праща. На поле показался мужчина, в бороде и одежде которого застряла солома. Мужчина подошел к мальчишке и заметил Дьюранда.

— Странные дела творятся… сколько воронов. Дурные знаменья, — пробормотал он. — Приходится просить сына их отпугивать. Одного он даже сшиб.

— Где-нибудь неподалеку есть храм или святилище? — спросил Дьюранд.

— Было святилище, да развалилось.

— Развалилось? — по спине Дьюранда пробежал холодок.

— Словно его жуки источили. Рассыпалось в труху.

Дьюранд сложил ладони в знак Небесного Ока.

— Ты говорил о воронах?

— Вороны, грачи — какая разница?

Дьюранд покачал головой. Дорога в ста шагах от того места, где они находились, поднималась вверх. В ветвях деревьев Дьюранд увидел черную тень. Должно быть птица.

— Найдите священника. Мне надо торопиться.

Мужчина кивнул, опустив руку мальчику на плечо.

— Вы не знаете, как добраться до Мантльуэлла?

— Езжай прямо.