— Для священника! — хохоча выкрикнул Берхард.

— По правде говоря, пока ты служил в Святом Воинстве, тебя научили парочке интересных приемов.

— Против правды не устоит ни один меч, — ответил Эйгрин. — Впрочем, я давно оставил Святой орден.

Конзар коротко улыбнулся и, заметив подошедшего Дьюранда, отступил в сторону.

— Дьюранд-оруженосец, — задумчиво произнес Конзар.

Глаза сидящих вокруг костра людей уставились на капитана.

Пальцы Конзара коснулись рукояти деревянного меча:

— Я слышал, тебя чуть лошадь не затоптала.

— Да сэр.

Что же Гутред рассказал Кошару? Кто-то хихикнул. Кто-то кашлянул.

— Но ты ведь жив-здоров? — уточнил Конзар.

— Да…

Конзар требовательно протянул руку к Эйгрину, и он тут же сунул в руку капитану деревянный меч.

— Рано или поздно я проверяю каждого, — Конзар сунул меч Дьюранду рукоятью вперед. Дьюранд, не в силах понять, что за игру затеял капитан, покорно взял клинок в руки.

— До трех касаний, — предупредил Конзар.

Дьюранд поднял меч, стараясь отогнать мысли о Кассонеле и заговоре.

— Отлично, — произнес капитан и, слегка пригнувшись, поглядел на Дьюранда, внимательно следя за каждым его движением.

Дьюранд осторожно переступил с ноги на ногу. Деревянным мечом можно было проломить голову или перебить руку, одним словом, преподнести ученику, осваивающему бой на мечах, хороший урок. Конзар, изредка моргая, смотрел на него из-за пламени костра. Дьюранд ждал.

— Он долго так стоять будет? — хохотнул Берхард. — Сейчас старина Конзар уснет.

Сидевшие у огня люди расхохотались.

В лицо Дьюранду пахнуло жаром костра. Атаковать первым такого противника, как Конзар, — все равно что лезть с закрытыми глазами в лес, полный капканов. К сожалению, Конзар раскусил его тактику, а улюлюкающие насмешники были явно не на стороне Дьюранда.

Пробормотав под нос ругательство, Дьюранд, перехватив поудобнее меч, рванулся вперед и в сторону, пытаясь уйти с линии костра и одним ударом достать противника. Опустившийся со свистом меч с грохотом стукнул о высоко поднятый Конзаром щит. Люди вздрогнули от неожиданности. Дьюранд было ухмыльнулся, но усмешка тут же слетела с его лица, когда он почувствовал страшный удар по ребрам — как будто его лягнула лошадь.

— Раз, — спокойно произнес Конзар, делая шаг назад. Теперь противников снова разделял костер.

Дьюранд набрал в грудь побольше воздуха, сконцентрировав все внимание на капитане, который плавно покачивал щитом из стороны в сторону. Конзар сделал еще шаг назад, чтобы огонь продолжал оставаться для него дополнительной зашитой. Дьюранд ждал, вспоминая бой Ламорика на ристалище в Редуиндинге. Неожиданно Дьюранду показалось, что Конзар оступился, и он атаковал. Снова раздался грохот щита, встретившего удар деревянного меча, после чего последовала ответная атака капитана. Деревянный клинок плашмя ударил Дьюранда в челюсть.

Дьюранд замотал головой, пытаясь избавиться от искр, брызнувших из глаз. Язык во рту разбух, как у висельника.

— Ты быстрее, чем я полагал, — тихо произнес Конзар. — Однако кое-чего тебе не хватает.

Дьюранд промолчал, не в силах собраться с разбегающимися мыслями.

— Давным-давно я понял, что когда атакуешь, первый удар редко достигает цели. Хороший мечник всегда двуличен. Нападай, но держи ухо востро. Нападай первым — в этом нет ничего плохого, но помни, что если у противника щит, и он трезв и бодр, первый удар пропадет впустую. Перед тем как сеять, надо сперва вспахать — это знает любой крестьянин. Смотри, — капитан снова пригнулся, приняв боевую стойку. — Целься мне в голову.

Дьюранд слышал такие слова не раз.