Если вниз пойдет опять левая чаша, то мы будем знать, что искомый шар первый или второй, как более тяжелый, либо седьмой, как более легкий. Теперь нам надо еще взвесить первый и седьмой с двумя нейтральными шарами, если что‑то изменится, мы узнаем, какой из обоих какой, если ничего не изменится, то второй наверняка тяжелей».

На том берегу вокруг замка клубился белый туман.

Весна не торопится, еще довольно холодно. Какой сейчас месяц? Неважно.

«Если при втором замере весы не пошевелятся, мы будем знать, что третий или четвертый тяжелей или восьмой легче, и затем будем действовать, как сказано выше».

Сегодня он должен позаботиться об ужине, купить продукты. Завтра они встретятся с ребятами и отпразднуют… Вот только что? Праздновать‑то нечего. Они встретятся в городе: Ильдирим категорически не хочет видеть Зенфа у них в доме…

Да, больше уже никогда не будет так, как было… Но ведь все меняется, и никогда не бывает так, как было.

Тойер сел на камень на берегу, слева от него был квадратный метр пляжа Неккара, причем песчаный квадратный метр – снега не было, а за ним высилась опора Старого моста.

Он довольно быстро справился с шарами, и это настроило его на весьма оптимистичный лад.

Выше по течению Неккара портилась погода. Весна, лето, осень, зима. Немножко музыки, вина, еды, дружбы, телевизора и секса. Страх перед сегодняшним днем, перед завтрашним, перед угрозой болезни, самой болезнью, перед самим страхом, страх смерти.

«Если при втором взвешивании пойдет вниз правая чаша весов…

Зенф обещал пройти терапию, подлечиться, но Тойер этому не верил.

«…тогда это только пятый или шестой…»

В Швейцарии появился новый заочный университет, Хафнер послал в него документы, но, как Тойер и ожидал, «временно, по профессиональным причинам» отложил этот проект.

Между молодежной турбазой и зоопарком построили прочную деревянную стену.

«…возможно, один из них более легкий, их…»

Недавно Лейдиг ненадолго влюбился и в эйфории рассказывал всем об этом, но быстро утратил нежное чувство: оно улетучилось, еще когда рассказывал.

Кто‑то попытался проломить стену.

«…можно сравнить друг с другом…»

А он? Сейчас он пойдет за продуктами.

«…взвесив. Задача решена».

III

Штормовое предупреждение

Для всего севера объявлено штормовое предупреждение. Тойер все равно едет. Северней Касселя начинается такое… Ветер порывами бьет по машине, надо выравнивать руль, стараться держать курс, как капитан парусника.

Тойер мысленно подводил итоги последних недель: всем стало лучше, а это всегда важней всего. Дело закрыто, хотя кое‑что осталось непонятным. Не все удалось решить, увы. Зато кашель у Бабетты прошел, и это самое главное. Да, на работе отношения налаживаются. Магенройтер, новый шеф, хороший мужик, еще две недели, и он вступит в должность, при этом он уже здесь, на месте, а он, Тойер, скоро уйдет. Еще бы пару годков продержаться, но он сдает, тупеет, так говорят все, вот с обезьяной получилось глупо. Но уже меньше вспоминают, говорит Ильдирим, уже начинают забывать, все меньше говорят, ты разве не замечаешь? Магенройтер прав, ты побудь еще немножко в отпуске, еще разок спрячься от всех, и разговоры прекратятся.

Я не могу отдыхать, думает Тойер. Я никому ничего не обещал, клятв не давал, что найду убийцу, я не прикован к делу никаким заклятьем, но я все равно попробую, еще раз поеду на север.