– Мне очень жаль, – сказал Альфред, неспешно потягивая кофе.

– Откуда они их взяли? Вы же знаете, что Трейси, Виктория и Шона очень не хотели, чтобы их имена попали на первые полосы газет. Особенно Трейси.

– Я не знаю. Честно. Просто ума не приложу. Я был нем как рыба.

– Тогда кто это сделал?

– Я тоже никому ничего не говорила, – едва слышно прошелестела Чарис. – Вчера вечером нам два раза звонили газетчики; как раз в то время, когда мы работали над вашим платьем, Риган.

– И, по‑моему, получается совсем неплохо, – вставил Альфред.

Риган проигнорировала его вялую попытку подсластить пилюлю.

– Кто еще был с вами в тот вечер?

– Только наш ассистент. Иногда он приходит, чтобы нам помочь. Вчера он заглянул буквально на два часа. Пока мы работали, он отвечал на телефонные звонки. Телефон трещал без умолку!

– Утечка информации произошла из‑за вас, – бесстрастно заметил Джек.

Риган покачала головой и снова уткнулась в газету:

– Надеюсь, Трейси не подаст на вас в суд. Имена пяти апрельских невест были, как нарочно, напечатаны аршинными буквами, всему миру на обозрение: «Риган Рейли, Бриан Барт, Трейси Тимбер, Виктория Бердслей и Шона Никльс». Риган продолжала читать:

…Одна из апрельских невест, Риган Рейли, оказавшаяся частным детективом, была вчера на месте преступления. Через неделю она должна выйти замуж за Джека Рейли – сотрудника нью‑йоркского управления полиции, возглавляющего подразделение по особо важным делам. Церемония бракосочетания состоится в следующую субботу, ровно в полдень, в церкви Святого Игнатия Лойолы, в Манхэттене. Риган – дочь известной писательницы, автора остросюжетных детективов, Норы Риган Рейли…

– А как они об этом узнали? – спросила Риган.

Джек скептически приподнял одну бровь:

– Так же, как и ты узнаёшь то, что тебе нужно, моя дорогая.

Двери лифта, расположенного рядом с фойе, распахнулись, и оттуда вылетела Бриан в сопровождении парня, у которого был такой вид, будто его приволокли сюда на аркане.

Бриан представила несчастного: Поли, ее жених.

Поли вяло поздоровался и жадно набросился на еду. Залпом выдул стакан апельсинового сока и проглотил пончик, а затем потянулся за второй порцией.

– Риган, есть какие‑нибудь новости о Джойс? – спросила Бриан.

Риган покачала головой.

– Бриан, вы просматривали утренние газеты?

– Нет. Еще слишком рано. Я сама себе удивляюсь, как это я успела.

Риган молча показала ей статью.

– Ты только погляди, Поли! – заулыбалась Бриан. – Теперь я – настоящая знаменитость!

– Угу, – промычал Поли, глядя в газету через ее плечо.

Что не так с этим парнем? – недоумевала Риган. Он явно не в своей тарелке.

– Это вы возглавляете подразделение по особо важным делам? – спросил он у Джека.

– Да.

– О‑о!

В дверном проеме появилась ассистент продюсера:

– Риган, Бриан, пройдите, пожалуйста, в гримерную. Это прямо по коридору.

– Сделайте их похожими на цветущих невест, – посоветовал Альфред. – Никаких резких тонов. Ничего драматического.

Ассистент сделала вид, будто не расслышала его напутствия.

В маленькой гримерной работали бок о бок визажист и парикмахер‑стилист. Риган всегда поражалась тому, как им удается за считанные минуты до неузнаваемости изменить любого, кто бы ни плюхнулся перед ними в кресло! За долгие годы ей не раз приходилось сиживать в гримерных со своей знаменитой матерью, и всякий раз она не уставала удивляться чудесам, которые они творили.