– Ром говорил, что в здешних ходах – ни складу, ни ладу, ни смысла. Те, что вроде бы должны вести в одну сторону, внезапно сворачивают и ведут назад. Как будто шайка полоумных землекопов тут порезвилась.

– К примеру, из клана Черного Железа, – фыркнул Григгарт.

– Нет, туннели-то куда старше этих ублюдков, – возразила ему сестра, коснувшись пола коридора и приглядевшись к нему повнимательнее. – Если эти следы не врут, то нам налево.

– Какие следы? – спросила следопытка, несмотря на отчаянное положение, изумленная зоркостью Гренды.

– Во-первых, бороздки, слои, узоры на камне. Иногда они могут подсказать верное направление. А еще – грязь и мусор, земля, занесенная этими тварями снаружи. Если мы, дворфы, в чем-то и понимаем, так это – в земле да камне, – проворчала Гренда.

– Тогда пойдем, куда скажешь. Веди.

Кивнув, Гренда двинулась вперед, ведя за собою изрядно потрепанный отряд. Дворфы вооружились всем, что сумели снять с мертвых. Вериса ни топора, ни другого оружия себе не взяла, рассудив, что все это принесет больше пользы в руках тех, кто лучше с ним управляется. Для обороны при ней остался только тот самый крохотный клинок, сработанный для нее Ронином.

В то время как Гренда вела своих к избавлению, Вериса понемногу сместилась к хвосту колонны и шла следом, пока не убедилась, что с пути они не собьются. Не сомневаясь, что возглавляемый Грендой отряд благополучно выберется наружу, следопытка замедлила шаг. Наконец дворфы целиком сосредоточились на коридоре впереди, а Вериса внезапно свернула в сторону и бесшумно, как сама ночь, скрылась в боковом ответвлении.

Где-то там – в этом Вериса была уверена – непременно отыщется Зендарин…

– Безусловно, нам нужно вернуться в Грим Батол сию же минуту! – настаивала Ириди. – Каждый миг промедления может стоить им лишних страданий!

– Думаешь, я этого не понимаю? – огрызнулся Ронин. – Там моя жена, жрица! Дороже нее и сыновей для меня нет никого во всем мире. Никого!

Волшебник сидел рядом с дренейкой на старом бревне, сложив руки перед собою. Над землей у их ног мерцало неяркое, незаметное издали голубоватое пламя, сотворенное Ронином вместо походного костра.

– Так отчего же мы просто не перенесемся туда? Ты ведь такое уже проделывал!

Ронин раздраженно сплюнул.

– Не знаю, как устроена магия у дренеев и у тебя лично, но нам подобные вещи обходятся очень недешево – тем более, что эта попытка была для меня не первой и даже не второй! Прежде я побывал в двух других местах, искал ее при помощи вот этой штуки!

На раскрытой ладони Ронина лежал талисман – тот самый, с шеи Верисы. Правда, Ириди в нем ничего особенного не находила, но ведь и сотворила его не она.

С каждой минутой Ронин расстраивался все сильнее и сильнее. Ириди почувствовала себя виноватой: пожалуй, не стоило растравлять ему душу. Вообще, за последние дни она не раз оказалась недостойной звания жрицы и теперь удивлялась тому, что еще недавно полагала себя той самой, кто необходим, дабы отыскать дракона пустоты. Перед лицом достигнутого подобная гордыня выглядела просто смешной.

На отдых они устроились в глуши Грим Батола, невдалеке от земель, названных Ронином Грядой Ящеров. Это название не на шутку встревожило усталую Ириди, сразу же вспомнившую о битве у стен Гавани Менетилов. Однако волшебник заверил, что бо́льшая часть ящеров перебралась в окрестности дворфского поселения.

– Чуют, что здесь, в Грим Батоле, творится, – пояснил он, – потому и доставляют дворфам столько хлопот.

Из небольшого кошеля у пояса Ронин извлек нехитрое угощение и разделил его с Ириди.