Гонсало молча глотал таблетки, разгрызая их, чтобы ускорить всасывание, и судорожно захлебывал обломки отвратительной жижей, которую милая китаяночка считала почему-то чаем.

    – Вот как раз из-за господина Толле я к вам и пожаловал... Хотя...

    У вас – перед отъездом – наверное, проблемы с наличностью?

    Гонсало с хлюпаньем грохнулся в кресло.

    – Так вы хотите продать мне материал по Толле? – Энни призадумалась, растерянно стоя над разбросанными вещами. Потом пожала плечами.

    – Пожалуй, в кассе корпункта найдется кое-что – на черный день. Вы знаете наши расценки...

    – Сейчас меня устроит любая сумма. Признаюсь, мисс, Гонсало приходится ложиться на дно... Хотя бы на полгодика. Тут уж не до того, чтобы торговаться. Но материал стоящий. Вам не придется жалеть.

    – Господи, вас ищет полиция... – скорее констатировала, чем спросила Энни.

    – Полиция – это далеко не худший вариант, мисс. Если господа с Козырной набережной будут мною интересоваться – после того, как я вас покину, естественно – можете не скрывать от них ничего...

    Гораздо хуже для меня – встретиться с людьми, скажем... скажем, господина Магирова...

    – Почему бы вам тогда сразу не сдаться полиции, вместо того, чтобы с таким-то хвостом являться на квартиру к одинокой и беззащитной девушке? – искренне возмутилась Энни.

    – Так что – одиноким и беззащитным девушкам не нужен сенсационный материал по Тору Толле? – с раздражением спросил Гонсало.

    – Нужен, – призналась Энни. – Выкладывайте, что там у вас.

    – Похищение, – коротко определил Гопник. – Гость похищен с целью выкупа. Соответственно прикиньте цену этой информации.

    – Вы в ней уверены, Гонсало? – озабоченно спросила Энни, вытягивая из кармана дорожной сумки чековую книжку.

    – Я был уполномочен вести переговоры – это, конечно, не для печати, мисс... Так что можете быть уверены.

    Энни молча заполнила чек и протянула Гопнику.

    – Это все, что «Гэлэкси» может заплатить вам сейчас. Ваша анонимность подразумевается... Теперь я жду деталей.

    Гонсало досадливо посмотрел на гербовый листок, прикинул, в какую часть своего мокрого одеяния мог бы его спрятать и оставил в руке.

    – Мои доверители – я не спешу называть их имена – поручили мне провести конфиденциальные переговоры относительно возможности освобождения человека, фото которого было в их распоряжении. В тот момент я не знал о ком именно идет речь... Я мало интересовался Чуром и его Оружейниками... Однако с вашими публикациями, мисс, знаком. Я эти переговоры провел. Они проходили в Министерстве Юстиции и закончились всего пять часов назад. Ни разу имя человека на фото не было названо. Моими контрагентом был бывший первый секретарь минюста Пареных – член гильдии адвокатов. Формально он – на пенсии, консультант.

    Присутствовал господин Смирный из ГБ. Младший следователь. Я часто контактировал с обоими в подобных деликатных вопросах.