– Они подтвердят это?

    – Думаю, не станут отрицать... Существуют расписки и все такое... Я повторяю, что не называю имен своих доверителей и не предъявляю им обвинения в похищении человека. Речь идет только о содействии его освобождению... По сути, они взяли на себя благородную функцию...

    – Разумеется, – заломила цвета воронова крыла бровь Энни.

    Гонсало не реагировал на иронию.

    – Дело в том, что я сам стал предметом похищения. В результате утечки информации, видимо. И сейчас мои доверители и сам похищенный... Гость... Они на прицеле у куда более серьезных людей... Им угрожает серьезная опасность. В дело вмешалась мафия. Не для печати будь сказано, они уже присвоили себе сумму первой части выкупа, которую я должен был доставить моим доверителям от имени министерства юстиции... И сейчас преступники активно ищут и моих доверителей и самого Гостя. Если не нашли уже...

    – Вы имеете ввиду группировку Магирова? «Торговые дома Побережья»? – голос Энни стал неприязненным.

    – Я назвал Магира только для примера... Скажем так. Сейчас я не готов выдать имена...

    – Это вы их ему заложили? – все тем же неприязненным тоном осведомилась Энни. – Своих, как вы говорите «доверителей»?

    – Вот это, как раз, не суть так важно... – лицо Гонсало нервно дернулось. – Я, если хотите знать, спасаю этим дурням жизнь.

    Пытаюсь спасти. Я только что объяснил вам, что их сейчас ищет уже половина людей мафии. Если не все... У вас найдется конверт, пара листков бумаги и чем писать? И вообще, хотел бы я вас видеть на моем месте, мисс...

    Энни мысленно признала правоту оппонента, порылась в секретере, выложила на стол потребные принадлежности и принялась барабанить по клавиатуре блока связи. Гонсало удивленно воззрился на нее.

    – Алло, Энди, – деловито бросила в трубку Энни. – Ты не спишь, надеюсь?... Сейчас я завезу к тебе одного нашего общего знакомого.

    Ему надо переодетья в сухое. У тебя найдется что-нибудь, чего не жалко?... За мной не станет... Нет, это не я пыталась его утопить... Значит жди. ОК...

    Гонсало торопливо строчил на выдранном из блокнота листке, временами цепенея и задумчиво кусая кончик тонкой ручки. Это продолжалось минут пять-шесть. За это время Энни удалилась в спальную и вернулась, одетая по-походному. Закончив, адвокат со всем возможным старанием запечатал свое послание и вместе с чеком судорожно зажал его в руке.

    – Это письмо на мое имя – без марки и до востребования... На одно отделение – на окраине. Скажите, какой указать адрес отправителя, чтобы оно попало в надежные руки, если я не смогу его выкупить в срок – до условного полудня завтра? Вы понимаете, что я имею ввиду?

    Почтовое ведомство планету на уши поставит, чтобы содрать свои кровные пять штучек если не с получателя, то с отправителя... В нем вы найдете много интересного...

    – Пойдемте, Гонсало, – невесело бросила Энни. Меня на Прерии не будет уже через сутки с небольшим... Лучше поставьте номер моего ящика на Почтамте. Я обязательно буду там завтра, – – она глянула на часы. – Проверю ящик, и если письма еще не будет, то перерегистрирую его на Энди. Он из «Криминальной хроники» – как раз то, что вам нужно. Я предупрежу его – он будет доволен.

    Хотя, никто не любит получать письма с того света.