Женщина вошла на кухню и, заметив Берна и Кристабель, резко остановилась.

– Какого черта ты здесь делаешь?

– Миледи, – поспешно вмешался повар, – месье Берн прошел через черный ход…

– Добрый день, Элеонора, – спокойным тоном проговорил Берн.

Даже Кристабель слышала о бурном романе Берна с графиней Дженнифер. Значит, это и есть та самая знаменитая картежница, которая не моргнув проигрывает и выигрывает тысячи фунтов за один вечер. Неужели она постоянно носит платья с таким низким декольте? И кажется, повар что то упоминал о гостях?

Откинув назад светлые локоны, которые, к изумлению Кристабель, свободно падали на плечи, ничем не скрепленные, леди Дженнифер недовольно нахмурилась:

– Я не могу принять тебя. Я плохо себя чувствую.

– Расслабься. Я все знаю о ваших сборищах по вторникам.

– Откуда? – подозрительно прищурилась леди Дженнифер.

Берн выразительно поднял бровь. Полуголая женщина тяжело вздохнула:

– Клянусь Богом, я не могу понять, откуда тебе все становится известно. Но мы не допускаем чужих, поэтому, если хочешь играть, избавься от своей приятельницы.

– Мы пришли только посмотреть. – Берн обнял Кристабель за талию, – а к тому же моя приятельница здесь не чужая. Она вдова Хавершема.

Леди Дженнифер бросила на Кристабель испепеляющий взгляд:

– Вы маркиза Хавершем? Та самая женщина, которая отказывалась приезжать с мужем в Лондон, потому что «боится светского общества»?

Кристабель немедленно ощетинилась:

– Что? Я никогда в жизни ничего…

– Да, – рука Берна предостерегающе стиснула Кристабель за талию, – та самая женщина. Как видишь, описание Хавершема не вполне соответствует истине.

– Мы все равно не можем допустить ее. Где гарантия, что она не станет сплетничать?

– Я могу поручиться за ее скромность. – Берн лениво оглядел кухню. – А если ты не позволишь нам остаться, я вполне могу намекнуть твоему мужу на то, как ты используешь особняк, полученный по наследству.

– Черт тебя побери, Берн! – Леди Дженнифер надула губки с изяществом, которое дается только очень немногим женщинам. – Ну что ж, если вы хотите только смотреть…

– Ну и прекрасно. Я хотел показать леди Хавершем лучших игроков в вист и поэтому сразу подумал о тебе и твоих друзьях.

Графиня несколько смягчилась:

– Мы действительно лучшие.

– Потому мы и здесь. – Во взгляде Берна появился дьявольский блеск. – Хотим заранее оценить соперников, которых встретим у Стокли.

– Обещаю, что в этом году вам со Стокли не достанется главный приз. Мы устроим вам хорошую взбучку.

Графиня перевела взгляд на Кристабель и принялась с оскорбительной бесцеремонностью разглядывать ее ужасное черное платье.

– Если вы собираетесь играть у Стокли, леди Хавершем, то остается надеяться, что вы разбираетесь в картах лучше, чем ваш покойный муж.

Кристабель не смогла удержаться от вопроса:

– А вы играли с Филиппом?

– Конечно. – Графиня злорадно улыбнулась. – Мы играли с ним, когда надо было наполнить карманы после большого проигрыша. Он был никуда не годным игроком.

Она рассмеялась металлическим смехом и направилась к выходу, жестом пригласив Берна и Кристабель следовать за ней. Кристабель дрожала от бессильной ярости. Пусть ее муж и не был хорошим игроком, но разве не жестоко насмехаться за это над его вдовой?

Неожиданно она почувствовала, как Берн нежно поглаживает ее по талии.

– Не обращай внимания на Элеонору. – Он предложил Кристабель руку и повел вслед за хозяйкой дома.