|
Его мать, старая королева, играет людьми, как пешками, а тех, кто выпадает из игры, тут же забывает. У нее есть целая когорта глупых молодых рыцарей, которыми она помыкает. И еще братец короля, принц Иоанн. Мерзкий молодой хорек — слишком опасный, чтобы его поддерживать, и слишком близкий к трону, чтобы с ним спорить. Когда уладится это дело, миледи, — пробасил Хьюго, — уезжайте вместе с Фортебрасом в Нормандию, на его родину в Базен. Может быть, ему повезет и о вас обоих на время забудут. Это самое большее, на что можно надеяться, когда Плантагенеты выбирают вас себе в помощники.
Он резко вдохнул и опять отвернулся к бойнице. — Прошу прощения, леди Алиса, но вашей матушке не удалось ускользнуть от рокового внимания королевской особы. — Да, — прошептала она. — Впрочем, когда она получила эти земли, у нее не было выбора. К тому же ей надо было думать о вас. — Вы ее знали? Вы знали мою маму? Жербре покачал седой головой: — Нет, но я видел ее однажды в Барфлере, когда старая королева и ее фрейлины отплывали на корабле в Англию после того, как король Генрих отправил ее жить в Солсбери. — Вы были там? — Да, я следил за отходом флотилии. Рядом с королевой Элеанорой была молодая женщина с младенцем на руках, очень похожая на вас. Я думаю, это и была ваша матушка — леди Изабелла. Дул сильный ветер, надвигался шторм, и они не хотели ехать. Но король настаивал. Возможно, он надеялся, что корабль пойдет ко дну, положив конец коварным интригам королевы. — А с кораблем потонул бы и ребенок, и у вашего господина не было бы теперь такой обузы, верно? — Я этого не говорил, — отмахнулся Хьюго. Алиса опустилась на тюфяк. — Я лгала не потому, что желала ему зла. Я надеялась, что одна откопаю шкатулку и он никогда не узнает о том, что я совершила. — Когда-нибудь кто-нибудь нашел бы этот труп, леди Алиса. Здесь, на земле моего господина Раймона. — Я бы призналась в своем преступлении, чтобы спасти его от королевского суда. Жербре фыркнул: — Если вы хотите спасти его, миледи, уезжайте вместе с ним в Базен. Отвезите драгоценности старой королеве в Виндзор, а оттуда отправляйтесь на побережье. Если возникнут какие-то осложнения по поводу де Рансона или этих поместий, вашему мужу понадобится поддержка братьев-рыцарей. Помните об этом, миледи. — Хорошо, я буду помнить.
Открыв глаза, она увидела у кровати Эмму. Женщина держала в руке кубок с дымящимся бренди. — Это крепкое вино лорд Раймон прислал нам в фургоне в первый же день своего приезда в Кернстоу, — сказала она. — Выпей его и поговори со мной. — Он все знает. Он знает, как де Рансон мне угрожал и что мы сделали — ты, я и Ханд, — прошептала Алиса. — Ты ему во всем призналась, и теперь мы у него в руках. Он захочет… — Он сказал, что мы не пострадаем… — Это ты не пострадаешь, Алиса. А меня он считает виновной. Я вижу это по его глазам. Он сердится, Алиса. Что он намерен делать? — Да, очень сердится, но он сказал… — Что случилось между вами на болоте, Алиса? У тебя все волосы были в листьях, как будто он волочил тебя по земле, мою бедную овечку. — Он не сделал мне ничего плохого. Я убежала от него в кусты. — Он побил тебя, когда нашел? Знаешь, Хьюго рассказал мне, что при дворе есть женщины, которым нравится подобное обращение со стороны мужчин. Одна из них как-то переспала с лордом Фортебрасом. Вообще у него было много любовниц. — Он не сделал мне ничего плохого. |
