Ее слова прозвучали легко, почти игриво, но в них сквозила скрытая колкость. Она перевела взгляд на приближающегося Дэфа, который с сосредоточенным видом выбирал места для себя и Дианы.

– Ой, неужели и ты здесь? – обратилась она к нему, и ее голос зазвенел от едва скрываемого сарказма. – А почему ты не участвуешь вместе с братьями? Вроде бы твой отец часто хвалил твои боевые навыки.

Последние слова ударили Дэфа, словно хлыст. Его лицо мгновенно помрачнело, а в глазах вспыхнуло раздражение.

– Отцу свойственно было преувеличивать, – процедил он сквозь зубы, стараясь сохранять спокойствие. – Мои братья вполне способны отстоять титул наследников клана «Кайросс» без моего участия.

Кайра недоуменно приподняла бровь, улыбка стала чуть шире, но в ней появился оттенок вызова. Она сделала несколько шагов вперед, оказавшись совсем близко к Дэфу, и заглянула ему прямо в глаза.

– Твой отец всегда был прямолинеен, как и ты, дорогой Дэф, – произнесла она с легкой издевкой, после чего рассмеялась и вернулась к разговору с Дианой.

Но Дэф уже не слышал ее слов. Его внимание полностью захватил запах, который он уловил. Этот аромат… он был знакомым. Тот самый, что он почувствовал в лаборатории Боба Снейгера, убитого химика. Запах туманника невозможно было спутать ни с чем. Сердце Дэфа забилось чаще, а в голове начали стремительно складываться кусочки головоломки. Он медленно поднял глаза на Кайру, и его губы тронула едва заметная ухмылка.

– Соболезную вашей утрате, госпожа Кайра, – произнес он с легкой издевкой, внимательно наблюдая за ее реакцией.

Кайра замерла. Ее лицо на мгновение стало неподвижным, как маска, а затем улыбка начала таять, превращаясь в холодную маску.

– Утрате? Какой? – переспросила она, пытаясь сохранить самообладание, но в голосе уже скользнули нотки тревоги.

– Я о Бобе… Снейгере, – коротко ответил Дэф, и его ухмылка стала шире.

Кайра застыла, словно окатили ледяной водой. Ее глаза сузились, а лицо исказилось от ярости. Она медленно приблизилась к Дэфу, движения были плавными, но полными угрозы. Наклонившись к самому его уху, она прошептала ледяным тоном:

– В опасную игру ты решил поиграть со мной, мальчик… Не стоит.

Ее слова прозвучали как предупреждение, от которого по спине пробежал холодок. Затем она резко отстранилась, окинула его последним пронзительным взглядом и направилась к своему месту, откуда должна была наблюдать за боями на арене.

Дэф смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри него закипает смесь гнева и решимости. Пазл складывался, и он понимал: эта игра только началась.

Диана, взглянув на Дэфа с недоумением, спросила:

– Что здесь произошло?

Дэф лишь неопределенно пожал плечами и молча опустился на одно из кресел трибуны, словно не желая вдаваться в объяснения.

В этот момент над ареной раздался величественный звук королевских труб. Он был подобен раскату грома, эхом отражаясь от древних каменных стен и проникая в самое сердце каждого существа на трибунах. Этот сигнал ознаменовал начало долгожданного мероприятия, ради которого были потрачены дни подготовки, бесчисленные усилия и тщательное планирование.

Участники начали выходить на арену со всех сторон, словно потоки лавы, стекающие с горы. Трибуны мгновенно взорвались: крики радости, восторженные вопли и свист слились в единый гул, который, казалось, мог потрясти саму землю. Существа бросали цветы, флаги и даже небольшие амулеты на песок арены, приветствуя бойцов, что сегодня решились бросить друг другу вызов. Цель была высока – занять семь мест погибших глав кланов, чей авторитет и статус управлял судьбой всего города. Каждый участник, шагая к центру арены, будто излучал свою уникальную энергию.