|
А деньги у меня есть, чтобы купить, что будет нужно. — Все это мы устроим впоследствии... а вот, — промолвил Соломин, указывая на входившего с неждановскими вещами Павла, — рекомендую вам моего лучшего здешнего друга: на него вы можете положиться вполне... как на самого меня. Ты Татьяне насчет самовара сказал? — прибавил он вполголоса. — Сейчас будет, — ответил Павел, — и сливки и все. — Татьяна — это его жена, — продолжал Соломин, — и такая же неизменная, как он. Пока вы сами... ну, там, привыкнете, что ли, — она вам, моя барышня, прислуживать будет. Марианна бросила свою мантилью на стоявший в уголку кожаный диванчик. — Зовите меня Марианной, Василий Федотыч, — я не хочу быть барышней! И прислужницы мне не надо... Я не для того ушла оттуда, чтобы иметь прислужниц. Не глядите на мое платье; у меня — там — другого не было. Это все надо будет переменить. Платье это, из коричневого драдедама, было очень просто; но, сшитое петербургской портнихой, оно красиво прилегало к стану и к плечам Марианны и вообще имело вид модный. — Ну не прислужница — так помощница, по—американски. А чаю вы все—таки напейтесь. Теперь еще рано — да и вы оба, должно быть, устали. Я теперь отправляюсь по фабричным делам; позднее мы опять увидимся. Что нужно будет — скажите Павлу или Татьяне. Марианна быстро протянула ему обе руки. — Чем нам отблагодарить вас, Василий Федотыч? — Она с умилением глядела на него. Соломин тихонько погладил ей одну руку. — Я бы сказал вам: не стоит благодарности... да это будет неправда. Лучше же я скажу вам, что ваша благодарность мне доставляет великое удовольствие. Вот мы и квиты. До свиданья! Павел, пойдем. Марианна и Нежданов остались одни. Она бросилась к нему — и, глядя на него тем же взглядом, как на Соломина, только еще радостнее, еще умиленней и светлей: — О мой друг! — проговорила она. — Мы начинаем новую жизнь... Наконец! наконец! Ты не поверишь, как эта бедная квартирка, в которой нам суждено прожить всего несколько дней, мне кажется любезна и мила в сравнении с теми ненавистными палатами! Скажи — ты рад? Нежданов взял ее руки и прижал их к своей груди. — Я счастлив, Марианна, тем, что я начинаю эту новую жизнь с тобою вместе! Ты будешь моей путеводной звездой, моей поддержкой, моим мужеством. |
