Следующим вызовом была травма руки с кровотечением у мужчины сорока двух лет.

Открыл нам джентльмен неопределенного возраста, благоухающий мочой и свежевыпитым алкоголем.

– Проходите, у него там прямо до кости порезано, кровища течет!

Пострадавший с замотанной тряпкой рукой сидел за кухонным столом. Был он, как и его друг, поддат и вонюч.

– Что случилось? – спросил я.

– Да вот, <распутная женщина>, порезался. Хлеб резал и по руке попал.

Кровило неслабо, а потому, нужно было действовать быстро. Фельдшер Виталий первым делом наложил жгут, обработал и перевязал рану. Кровопотеря была большой, но давление пострадавший держал. Свезли мы его в хирургию. Было похоже, что рана получена при попытке защититься от ножевого удара. Но поскольку пострадавший криминал отрицал начисто, то и в полицию никакой информации передавать я не стал, оставив свою версию при себе.

Нет, не хотят нас на обед отправлять. Дали еще вызов: ДТП с одним пострадавшим. Ехать было совсем недалеко, а потому прибыли меньше, чем через пять минут.

На проезжей части стояли две прилично битых иномарки. Пострадавшей была женщина-водитель одной из них. К нашему прибытию из машины она самостоятельно вышла и что-то возмущенно кричала другому водителю-участнику ДТП.

– Здравствуйте, это я вас вызвала, – сказала она. – У меня голова болит и кружится.

– Понятно, идемте в машину.

Осмотрел я ее. Патологической неврологической симптоматики не нашел, но тем не менее, ее бы нужно в стационар свозить, чтоб ЧМТ исключить. Однако она отказалась:

– Нет, сейчас никуда не поеду, машину я же не могу бросить. Я вас вызвала только чтоб травмы зафиксировать. А в травмпункт я сама обращусь сегодня.

– Ну что ж, как скажете. Тогда распишитесь за отказ от госпитализации.

Вот и вновь необоснованный вызов. Для того, чтобы «зафиксировать» телесные повреждения, можно было бы самостоятельно обратиться в лечебное учреждение и обойтись без скорой. Тем более, что окончательное слово будет за судебными медиками.

Ну вот, теперь придется в полицию информацию передавать. Порядки у нас изумительные, что и говорить. Несмотря на то, что на месте ДТП уже работали сотрудники ГИБДД, мое телефонное сообщение было обязательным. Ладно, передам, не развалюсь.

Обед разрешили наконец-то. Приехав на Центр, увидели там запустение. В том смысле, что была там только одна фельдшерская бригада. И то не на обед приехавшая, а машину обработать после перевозки больного с кровотечением. Ну и ладно, мы уж привыкли в последнее время, что принять горизонтальное положение не получается.

Вот и вызов прилетел: психоз у мужчины пятидесяти четырех лет.

В прихожей нас встретили две пожилые женщины. Как они сами представились – мама и тетя больного.

– Давайте я вам сначала все расскажу, – сказала мама. – Он не дурак, вы не подумайте. Просто жизнь у него очень тяжелая. Два раза в Чечне воевал, и ранение, и контузию перенес. Да еще и гнойным менингитом переболел. Женат был, сын у него. А как заболел, так жене и не нужен стал, бросила его. Уж шестой год болеет.

– А нас зачем вызвали? Что случилось-то?

– Так ему совсем плохо! С головой очень плохо. Он сам попросил вас вызвать. Вы уж сами с ним поговорите, он вам все объяснит.