Когда эти капризы приняли ужасающие размеры, Анна повела дочку к врачу.

Тот очень долго расспрашивал Анну про ее беременность, и узнав, что та проходила тяжело и Анна много нервничала (разумеется, она не озвучила настоящую причину), только развел руками — что же вы, мамочка, хотите? Ребенок впитал отрицательные эмоции еще в утробе матери! То есть в вашей…

Он долго качал головой и наконец рекомендовал групповые занятия, там, дескать, на людях, ребенок не станет так себя вести.

Ну да, через некоторое время дама, проводившая занятия, сказала Анне в приватной беседе, что терапия мало того что ничего не дает ее дочери, так еще и другие дети берут с нее плохой пример. Анна поделилась этими сведениями с мужем, и он не поленился, съездил в группу и устроил грандиозный скандал, после чего завалил дочку подарками и вообще всячески ее ласкал и лелеял, называл своей принцессой и неземной красавицей.

Дашка и правда была удивительно хорошенькой девочкой, разумеется, только когда рот ее не кривился от истерического крика и нос не распухал от слез.

Из садика пришлось уйти, хоть он и был частный, родители жаловались, что Дашка делает мелкие гадости детям, если ей что-то не нравится.

В другой садик взяли среди года с явной неохотой, там тоже были проблемы, потому что садик был очень дорогой, родители детей богатые, и Дашка постоянно устраивала скандалы, что у нее нет того, что есть у других детей.

В общем, кое-как дотянули до школы.

Училась Дашка неважно, поскольку была фантастически ленива. Книжки ей не нравились, ей вообще не нравилось, что ее заставляют чем-то заниматься.

Анна только диву давалась, до чего разные получились дочери, с Машей у нее не было таких проблем.

Тихая послушная девочка, училась хорошо, занималась танцами.

Между собой сестры не ладили, Дашка бесконечно жаловалась отцу, что старшая сестра ее обижает. Тот попытался наказать Машу один раз, но Анна была начеку и дала мужу резкий отпор, после чего он оставил Машу в покое и был совершенно к ней равнодушен.

Анна открыла дверь и вошла в темную прихожую. Но не успела раздеться, как, потянув носом, уловила запах сигарет.

Стало быть, Дашка дома. Хоть ей строго-настрого запрещено курить в квартире, она так делает, когда дома никого нет. У Анны нюх острый, сразу чувствует.

Курить начала Дашка лет в четырнадцать, к тому времени у них с Анной были такие плохие отношения, что та не стала ничего говорить, а поставила в известность мужа. Тот только окрысился — вечно, мол, ты на ребенка жалуешься, сидишь дома, не работаешь, только и забот у тебя, что за ней приглядывать, так и тут не справляешься.

И так орал, что Дашка, разумеется, все слышала. Муж потом с ней поговорил и только условие поставил, чтобы дома не курила. Ну Дашке все было по фигу.

Сейчас Анна вздохнула: не хотелось ни с кем общаться, хотелось посидеть в тишине и успокоиться.

Ну вот, Дашка услышала, что дверь открылась, и выскочила в прихожую.

— Ты чего это? — спросила она.

И вот всегда так: ни здравствуй, ни мама, ни что случилось, и на лице написано если не отвращение, то полное равнодушие.

Обычно Анна не реагировала на дочкино хамство, давно убедившись, что это ничего не даст, обычно она отвечала подчеркнуто спокойно или же вовсе молчала.

Но сегодня она была на взводе и рявкнула:

— А тебе какое дело?

— А такое, что вы сказали, что поздно будете, у меня планы были! — ответила Дашка в том же тоне.

Анна в это время сняла туфли и рассматривала стрелку на колготках. Интересно, она только сейчас появилась или еще в ресторане? А впрочем, какая теперь разница?

— Ну, значит, твои планы на сегодня меняются, — сказала она равнодушно.