Начальница уже была на рабочем месте, вернулась со своей встречи с информатором. Глянула на меня сперва раздраженно, будто я ее с мысли какой-то сбил. Но разглядев мой новый образ: вялое шарканье ногами по полу, одежду в пыли и грязи — сменила реакцию на беспокойство.

— Что с тобой случилось?

Пожав плечами, я пересказал ей все, что сегодня произошло в рейде по артефактам. Она слушала молча, постукивая ногтем по столу. Когда закончил, шумно выдохнула и, наконец, позволила себе комментарий:

— Попытка спрятать тебя от неприятностей — задача абсолютно бессмысленная. Ты их находишь даже в хозмагах, среди утюгов и чайников.

— «Костолом» вообще-то в ломбарде был!

— Ты меня понял!

— То есть, опять я виноват, да?

Аника махнула рукой.

— Я не об этом. К тому, что проще научиться использовать твой «талант» с пользой, чем прятать тебя по углам.

— Больше не будешь по кражам огурцов отправлять? — ухмыльнулся я.

— В порядке очереди — буду, — серьезно кивнула она. — А теперь нам нужно заняться твоими беглыми заключенными. У меня есть кое-какие подвижки.

Воронина протянула мне лист с распечаткой.

— Посмотри. И выскажись, что об этом думаешь.

Ух ты! Кажется, я только что закончил свой испытательный срок!

Глава 10

Протянутый мне лист оказался распечаткой. Логотип в шапке отсутствовал, но, подозреваю, на печать его отправили прямиком из служебной базы Имперской службы исполнения наказания. Всегда существуют маркеры, позволяющие это определить. Вроде канцелярского языка и зубодробительных речевых оборотов. Подозреваю, в любом из миров так.

Взгляд зацепился за знакомую фамилию — «Киселёв». Напротив, в соседней графе, стояла пометка о смерти. В кратком пояснении значилось, что мужчина погиб в результате несчастного случая на производстве. Две недели назад.

«Ага, — про себя ухмыльнулся я. — Делал нарды — намотало на патрон токарного станка и — до свидания. Верю. Охотно верю».

И всё бы ничего, но только с этим «намотанным» я общался меньше часа назад и уверен — на кладбище он не торопился. Жив и умирать не собирается. Пока.

Идентичная справка стояла и напротив фамилии второго нашего клиента. Этого допрашивала Маша, но он тоже не выглядел зомби. Однако же, согласно бумагам, ушел в мир иной от «обширного инфаркта» даже раньше Киселёва. Три недели назад.

Интересно девки пляшут. По жмуру в неделю. Не колония, а конвейер вуду какой-то!

— Значит, вот так решили, — пробормотал я себе под нос. — Ну-ну.

Лично для меня сразу же многое прояснилось. Руководство колонии точно замешано. Иначе с чего бы живых заключённых помечать умершими, придумывая надуманные причины смерти? Думаю, в процессе нашего расследования в колонии «умрёт» задним числом ещё несколько человек из списка задержанных.

И все это укладывалось в рамки моей первоначальной версии: администрация ИТК-76 мутит свой маленький бизнес. Выпускает человечка, попутно списывая его в «естественную убыль». Отправляет куда-то на передержку, возможно — помогает оформить новые документы. И вот уже готов новый член общества.

Своеобразная, конечно, трактовка лозунга системы исполнения наказаний: «На свободу — с чистой совестью».

Вот только ряд деталей все равно не укладывались в голове. Они там что, бессмертные? Или у них «крыша» такая, что эта банда вообще ничего не боится? Настолько уверовали в свою безнаказанность, что разом отпускает десять человек и не боится проверок? А теперь еще их и на кладбище переселяет задним числом?

Но это — лирика.