Оказалось — мозги попудрить. Минут пять мне их делал, прежде чем я понял, что ничего у него нет. Кроме какого-то человека, имени которого он не знал, и который должен был их из домика вывезти куда-то на новое место. Короче, максимально обтекаемо и никакой конкретики.

А, еще он заговорщическим тоном сообщил, что может сказать, кто их из тюрьмы выпустил. Я пожал плечами, бросил коротко: «Бансуров что ли?» Чем расстроил сидельца невероятно. Он сразу же кинулся вываливать все что знал, но увы — очень немногое. Даже про то, куда их везли и чем предстояло за свободу расплатиться, сказать не мог. Лишь то, что от всех беглых требовалась некая услуга. Опять же, без подробностей.

Только время потратил. Вернулся в кабинет, когда планерка закончилась. Девчонки начали собираться по домам, а Воронина подошла ко мне.

— Ну что? — спросила он.

Я обрисовал ей наш разговор с Кисилевым. Она покрутила пустой стаканчик в руке, выбросила его в мусорное ведро.

— Ничего другого я и не ожидала. Стал бы им начальник тюрьмы все свои планы докладывать. Ладно, давай обсудим наши дальнейшие шаги, Михаил.

Не, я так-то тоже фанат работы, но Анику мне явно не переплюнуть.

— Начальница! — взмолился я. — А может совместим приятное с полезным? С утра же не жрамши! Давай в ресторан заскочим тут неподалеку? Там и поговорим и поедим?

Услышав это, Стелла подмигнув Ворониной.

— Соглашайся! — без всякого стеснения и, что я отдельно отметил, малейшего признака ревности, произнесла она. — Меня в прошлый раз голубым тунцом кормили. Ты знаешь сколько он стоит? Да и развеешься, тебе полезно будет!

— Стелла! — строго отчеканила Аника. — Речь вообще-то о рабочем совещании, а не о том, что ты себе там придумала!

Стояла она близко, а потому я заметил, что кончики ушей у нее покраснели. Никак смутилась?

— А я про что? — рыжая сделала совершенно серьезное лицо, но в зеленых глазах хохотали бесенята. — У нас сын князя в отделе работает. Мы же теперь постоянно совещания проводим в дорогих ресторанах, а свидетелей в апартаментах селим.

И не дожидаясь отповеди от начальницы, подхватила со спинки стула свою сумочку, и быстро вышла прочь. Напоследок крикнув из коридора.

— Повеселитесь там!

Воронина похоже еще больше смутилась. Взглянула на меня и выдала.

— Вот ты кобель, конечно!

Нормально! А это тут причем? Придумают себе всякую фигню, а я — кобель! Я просто пожрать хотел!

К счастью, тему мы развивать не стали. Собрали вещи с таким прицелом, чтобы долго не возвращаться, и пошли к машине. И вскоре уже катили по вечернему городу. За окном плыли размытые световые полосы фонарей, а в салоне, несмотря на «умную» систему контроля запахов, отчетливо пахло гарью.

До этого мы как-то внимания на него не обращали — мысли были заняты другим. Но стоило только немного расслабиться, как он тут же дал по носу.

— Будто с шашлыков едем, — неожиданно усмехнулась Воронина, невольно угадав о чём я сейчас думал. — В таком виде я, конечно, в ресторан ещё не ездила.

— Плевать. В данный момент я хочу есть и пофиг на все остальное, — я бросил на спутницу быстрый взгляд. — А вообще, брось. Ты отлично выглядишь. Лучше чем я, а это нелегко.

Немудреная шутка слегка разрядила атмосферу в машине, Аника даже улыбнуться попыталась. Развивая успех, я решил уточнить и еще кое-что.

— Что тебе пообещал Платов? — поинтересовался я. — С Пушкарёвым понятно. Со мной — вроде тоже. А твой интерес в чем? Помимо морального удовлетворения от хорошо сделанной работы?

Признаться, ожидал привычного: «Не твое дело, Шувалов!», а потом долгого холодного молчания.