– Это все письма от поклонников моих талантов? – громыхнул он, отодвигая кресло.

   С тех пор как Генри Рассел выступил в телепрограмме, посвященной бизнесу в рекламе, его осаждали просьбами дать интервью, просили совета, а воротилы сопредельных отраслей забросали предложениями о сотрудничестве.

   – Что-то в этом роде, – улыбнулась Шейла. – Генри, а не написать ли тебе книгу под названием вроде «Тысяча способов разбогатеть»? Уверена, после ее выхода почты значительно поубавится, а книга станет всемирным бестселлером.

   – Спасибо за идею! Может, удастся выкроить время в перерывах между проводами и встречами дочери в школу и из школы, поисками новой приходящей домработницы и горой дел на работе.

   – С чего ты вдруг ударился в причитания? – недоуменно пожала плечами Шейла.

   Действительно, что это с ним? Всегда тянул и тянет воз не моргнув своим чернильным глазом...

   – В причитания? – хмыкнул он. – С чего ты взяла?

   Откинувшись на спинку кресла, Генри сбросил туфли и широко зевнул.

   Шейла вскинула к подбородку воображаемую скрипку и, водя по струнам воображаемым смычком, запела тоненьким голоском:

О, наш бедный, бедный Генри!Наш заработавшийся босс!Пока бездельников одолевает зевота,Трудолюбивый Рассел не прекращает работу.

   – Умираю со смеху! А в общем-то, неплохо, если учесть, что ты выдала экспромт. – Он растянул рот в улыбке. – Все идет к тому, чтобы поручить тебе писать рекламные тексты. У тебя, оказывается, бездна таланта... – С трудом удержавшись от очередного зевка, Генри провел пятерней по волосам и задумчиво изрек: – Пожалуй, мне пора к парикмахеру. Что у нас запланировано на завтра?

   – С утра встречи, встречи и еще раз встречи, – сообщила Шейла извиняющимся тоном. – А после обеда...

   – Постой, дай отгадаю... Неужели встречи?

   Шейла скорчила гримаску.

   – Фу! С тобой не интересно. – Собрав в стопку бумаги, она отнесла их Генри, постояла возле его стола, а потом, отметив про себя, что у шефа вид совершенно измотанногочеловека, спросила: – А почему ты отвозишь Одри в школу? Я считала, что это делает Маргарет.

   – Правильно считала, но в последнее время Маргарет дни и ночи работает над костюмами для гастрольного тура, а Эрвину Нейлу вечно все не так!

   Шейла почувствовала какое-то смутное беспокойство от интонации, с которой Генри произнес эти слова.

   – А гастроли долго продлятся?

   – У него концерты по всему миру. Точно не могу сказать. Эрвин тратит баснословные средства на оформление шоу, хотя смысл всех его вывертов, как мне представляется, заключается в отвлечении внимания публики от провала его последней пластинки.

   – Но так ли уж необходимо Маргарет быть всегда рядом с ним?

   – Необходимость и желание – разные вещи. Она считает, что да. Конечно, костюмы играют важную роль, тем более что Эрвин во время выступлений постоянно переодеваетсяи ей приходится приводить его гардероб в порядок. Впрочем, я ей неоднократно говорил: не поливай он себя шампанским и не носись как угорелый по сцене, в ее присутствии не было бы нужды. Сегодня она явилась домой под утро...

   – А ты что, против этого не возражаешь? – спросила Шейла и задержала дыхание, сообразив, что перегнула палку, поскольку личная жизнь – это личная жизнь.

   Генри сначала вскинул брови, а потом покачал головой.