И тут послышался голос кентавра, который подошел и высокомерно посмотрел на сценарий.

— Это что за поэтическое убожество? — скривился он. Нет, я, конечно, согласна, что я — не Пушкин, но…

— Вы абсолютно не умеете писать стихи! — возмутился жених, а я почувствовала давление поэтического авторитета на мою ранимую лирическую психику. — Переделывайте! Начинайте так! Стучит копытами любовь, стучит, как сердце без подков! И пусть в хвосте застыла кровь, моей ты будешь вновь и вновь!

Я вежливо записала, а Юля посмотрела на своего гения. Уточнять, где в хвосте кровеносная система я не стала.

— Дальше у нас пара слов о женихе! — улыбнулась невеста. — Смотрите, нужно сказать, что он очень талантлив и прекрасен. Что все его любят и гордятся. А потом он поет песню!

— Гений и муза, брачные узы. — робко начала я, а Бейлис налетел на меня, тыкая пальцем в сценарий.

— При чем здесь муза! Только я — гений! Обо мне стихотворение! Он — прекрасен и велик, и талант его безмерен! Его голос многолик! Его рифмы беспредельны!

— О, жених у нас могуч, — продолжала я, глядя на самодовольное лицо жениха. — Он гоняет стаи туч, он волнует сине море, песней веет на просторе. Это — не мои стихи.

— Ужас! Кто писал такой позор? Да ему лучше вообще не быть поэтом! — высокомерно вскинул голову красавец, авторитетно ударив копытом и тряхнув волной роскошных волос.

— А как на счет? Уж небо радостью дышало, уж ярче солнышко блистало, прекрасней становился день, лесов таинственная сень с счастливым шумом. — предложила я, любуясь красивой природой и наслаждаясь шелестом листиков.

— Бездарность! — вынес вердикт жених, обиженно скрестив руки на груди. — Пробежала любовь — пыль в глаза, на щеке застывает слеза! Вот это — гениальные строки!

— Подари мне подкову-любовь, подари мне подкову на счастье! Я тебя вспоминаю, и кровь разливается в венах от страсти! — схитрила я, глядя на жениха с вопросительной улыбкой, но она тут же померкла, когда поэт сдвинул брови.

— Как вы смеете! Эти стихи должен был написать я! — жених демонстративно зажал уши. — Я вынашивал их десять лет! Десять долгих лет я вынашивал эти стихи, никому не показывал, даже вслух не произносил, а вы… Вы украли их и присвоили!

— Хорошо, — предложила я, глядя на молчащую Юлю. — Может, вы напишете стихи, а мы просто включим их в сценарий? И обязательно укажем авторство!

— Нет! Я ничего писать не буду! — надменно произнес поэт, а я чувствовала, как у меня дергается глаз. — Это — ваша работа!

— По полям и по лесам скачет счастье прямо к вам! А любовь, как конь ретивый, рвется по степи красиво… - снова предложила я, вопросительно глядя на поэта.

— Вот! Вы опять украли мой стих! Как вы смеете воровать чужое творчество, которое еще не написано? Десять лет, я думал над этим стихотворением! Вы только представьте! Десять лет! И тут вы взяли и написали! — возмутился жених, потрясая венком.

— Хорошо, давайте откинем копыта, и попробуем по-другому, — я чувствовала, как нервишки начинали пошаливать и грозить кентавру пальчиком. — Пока без стихов! Сделаем сценарий в прозе, чтобы ваше творчество смотрелось как нельзя кстати!

С горем пополам, со словами «я еще подумаю», мы перешли к структуре праздника.

— Вот здесь я снова пою! — ткнул пальцами кентавр, пока я выстраивала план мероприятия.

— Записывайте сразу! Песня «Копыта любви».