– Это кого? – поинтересовался декан Блюм.

– Мисс Волкову, – ответил профессор и задумчиво протянул. – Интересно, куда она приземлилась?

– В мусорку! – громко заявила я, выбираясь из своего укрытия. – Должна заметить, что посадка хоть и была довольно мягкой, оказалась не из самых приятных.

– А куда вы ее отправляли? – уточнил у профессора изумленный моим внезапным появлением Лоренс.

– К главным воротам АСПИДА, – поправил сползающее пенсне профессор и принялся внимательно меня осматривать.

– Так у вас погрешность в приземлении более ста метров! – раздраженно выкрикнул Блюм.

– Как долетели, голубушка? – не обращая более внимания на декана, начал свой допрос Спок.

– Быстро. Буквально за несколько секунд, – призналась ему я.

– Вот видите, – укоризненно покачал пальцем на Лоренса Бенжи. – Цель достигнута, скорость полета увеличилась в разы. А это означает, что ритуал был проведен верно.

– Но что то же помешало ей приземлиться в заданном месте, – устало взбрыкнул декан.

Стало очевидно, что спор с неугомонным профессором стал его утомлять.

– Возможно, у мисс Волковой было при себе нечто, что немного отклонило заданный курс, – задумчиво потер подбородок профессор и властно скомандовал. – Раздевайтесь!

– Профессор Спок, вы, безусловно, душка и очень импозантный мужчина, но я без любви не могу. Мне чувства нужны, – ответила ему и игриво при этом подмигнула.

– Я не имел в виду… – зарделся престарелый профессор и откашлявшись поправился. – Кхм, мне просто нужно осмотреть…

В надежде на помощь профессор покосился на декана, но тот поспешил умыть руки.

– Не буду вам мешать, Бенжи, – заявил Блюм и, прежде чем уйти, добавил. – Я жду от вас отчет по проведенной работе. Ритуал должен работать как часы.

Когда за деканом закрылась дверь, профессор Спок повернулся ко мне и строго сообщил:

– Вам придется раздеться до нижнего белья. Мы должны тщательно изучить вашу одежду и вас саму и найти то, что послужило причиной некорректного завершения полета. Ритуалистика – исключительно точная наука, что бы там не думал себе Блюм, и здесь важна каждая мелочь.

Обреченно вздохнув, я принялась раздеваться прямо посреди пустой аудитории. Следующие сорок минут профессор Спок, используя какой то замысловатый металлический жезл, буквально по миллиметру осмотрел выданную мне Казимиром форму, пытаясь отыскать в ней что то инородное. А когда ничего интересного не нашел, то принялся и за меня саму. Штука в его руках напоминала мне наш родной металлодетектор, принцип их работы был в целом схож. Единственным различием было то, что данная штуковина реагировала не на металл, а на различные магические штуки.

Чтобы не терять даром драгоценное время, я принялась расспрашивать профессора о его учениках и, в частности, о Беатрис Делинжер.

– Ну, что вам рассказать? – рассеяно отвечал профессор, водя по мне артефактом. – Весьма одаренная девочка, но большая фантазерка. У нее неплохо получалось проводить ритуалы, и я даже перевел ее с базового курса на углубленный, но затем она увлеклась этой бредовой идеей воскрешения душ…

– Мне казалось, что этим занимаются некроманты, – уточнила я.

– Некроманты воскрешают лишь пустые оболочки, – покачал головой профессор, тщательно водя железякой по моим ногам. – То, что они оживляют, не имеет ни разума, ни души. Ни одна магия и никакой ритуал не способны вернуть душу усопшего из загробного мира. Я не раз говорил об этом мисс Делинжер, не понимаю почему она свято верила в обратное.