«Кто через минуту-другую должен был выбросить паспорт, тот, должно быть, и находился ближе к двери…»

Сержант покачал головой.

— Кто где был — не помню. В это время как раз подъезжали…

Денисов попытался представить все глазами другой стороны;

— А они в салоне могли вас видеть?

Сержант как будто обрадовался:

— Вполне. Дверь в тамбур — со стеклом… А то, что я выйду в Домодедове на станции, они знать не могли… — Он заговорил уверенно. — Вышел на платформу, домодедовские тоже все вышли, смотрю — сверток летит. Аккурат между платформой и поездом.

— Откуда его выбросили?

— Из дверей. Перед самым отправлением.

— Кто?

— Этого я не видел. Спрыгнул на путь, подобрал сверток, развернул. И сразу вам по рации… — Больше ничего существенного он не сказал.

«Кто бы ни выбросил паспорт, — подумал Денисов, когда сержант ушел, — за одного человека я могу поручиться… За Андреева! Паспорт потому и выбросили, что он краденый…»

Денисов подошел к окну, к колонии кактусов на подоконнике. Было бы неплохо, если бы он мог на несколько минут разъединить быстрый ход времени — вытащить заранее припасенный пузырек с комнатной температуры водой, опрыскать причудливо ощетинившиеся странные растения.

Все было сложнее, чем показалось вначале. Обратный след уводил далеко — дальше, чем думалось.

Он немного постоял у окна. Внизу только что отправился поезд, мерный стук еще стоял в воздухе, а по зданию багажной конторы, по кафельной облицовке уже тек и расширялся золотистый ручеек — огни приближавшегося из горловины станции очередного локомотива.

Снова позвонил Антон.

— Сейчас разговаривал с Новосибирском, Денис. Они тебе не звонили?

— Нет.

— Я дал твой телефон… С родственниками погибшего связаться пока не удалось. У них там свои сложности, я не стал вникать. Напомнил, что бывает, когда несвоевременно извещают родственников. По-моему, они поняли… А с Андреевым все оказалось проще. Слушаешь? Паспорт украден у него еще в январе, в автобусе, в районе Гусинобродского жилмассива…

— Какого? — не понял Денисов.

— Гусинобродского. В Новосибирске.

— А сам Андреев? Где он?

— Владелец паспорта? Жив… — На коммутаторе у дежурного снова раздался зуммер — кто-то звонил. Антон крикнул помощнику: «Возьми трубку!» Потом продолжил: — Сейчас с Андреевым разговаривали. Положительно характеризуется. Семейный человек, производственник. Никуда не выезжал. Безусловно, паспорт его просто использовали… Сотрудник, с которым я разговаривал, считает, что преступление могло готовиться. А ставкой могли быть деньги, что были у Бухгалтера! Куш большой!

Денисов продолжал смотреть в окно. Золотистый ручеек на кафеле багажного отделения теперь уже заливал всю стену, локомотив миновал последнюю стрелку перед платформой. Толпа встречающих вступила на перрон.

— …За Пименовым определенно охотились… — После короткого времени блужданий в неизвестности Антон набрел на след к истоку преступного замысла. — Музыкант мог прилететь в Москву по чужому паспорту, потом при удобном случае его выбросить. На Москве-Товарной, когда они шли по путям, оказались рядом с электропоездом. Бухгалтер зазевался. — Антон счел возможным упустить подробности. — А вот деньгами воспользоваться ему не пришлось. Рядом оказался составитель поезда.