— А во что? — осторожно поинтересовался он.

— В “Найди выход, пока не вышло время”!

Искорки внезапно погасли. Руслан схватил Регину за руку и кинулся к кровати:

— Бьёрн!

И с размаху врезался в стену. Приложился лбом и носом так, что дыхание выбило.

— Ты в порядке? — голос Регины почти не дрожал.

Ну хоть она ни во что не впечаталась.

— Угу, — буркнул Руслан. Говорить он не мог: от боли голова гудела так, что все силы уходили на то, чтобы не заорать.

Он медленно попятился.

— Ищите выход, пока есть время, — напомнил из темноты мурлыкающий голосок.

Сбоку вспыхнуло жёлто-белым: в паре метров от них с Региной появились светящиеся песочные часы. Примерно полуметровые, с крупными мерцающими песчинками.

Руслан повернулся к Регине:

— Ты тоже всё это видишь?

Девушка молча кивнула, заворожено глядя на висящие в воздухе песочные часы.

Песчинки медленно, но неуклонно скатывались в узкую горловину.

— Надо искать!

Руслан огляделся. Глаза уже привыкли к полумраку, и он смог разглядеть обстановку: захламленная комната, совсем не похожая на ту спальню, где остался Бьёрн. Тут и там стояли тесными неровными рядами стулья, кресла и пуфики, перекрывая дорогу к шкафам.

Громоздился у дальней стены диван, заваленный стопками старых книг и растрёпанных журналов. На стульях-креслах и между ними валялись смятые вещи — кажется, джинсы, куртки, одинокая кроссовка. А ещё старые кассеты со змеящейся плёнкой, драные коробки из-под конфет, битая посуда.

На расстоянии вытянутой руки от Регины стоял стол, накрытый длинной тяжёлой скатертью. На столе высились башни блокнотов и записных книжек, теснились стайки фарфоровых птичек вперемешку с вазочками, полными засохших цветов.

Ни окон, ни дверей.

— Я проверю дверцы шкафов. Вдруг тут, как в Нарнии? — встряхнулась Регина.

— Хорошо, я посмотрю, нет ли замаскированных дверей.

Руслан принялся методично ощупывать стены, покрытые потёртыми тканевыми обоями. Сантиметр за сантиметром. Медленно, аккуратно. И тщетно.

Регина хлопала дверцами шкафов. Судя по всему, тоже безрезультатно.

…а песчинки неумолимо скользили из верхнего отсека в нижний.

Руслан бросил обследовать стены и попытался перевернуть часы, но не сумел даже ухватиться за них: рука проходила сквозь металл отделки, стекло и песок.

Регина ойкнула, и Руслан стремительно развернулся к ней. Девушка растеряно крутила в руках облезлую плюшевую лошадку бледно-розового цвета.

— В чём дело?

— У меня вот точно такая же пони была в детстве. С таким же кулончиком, из подвески с моего браслета.

Руслан подошёл ближе.

— Где ты её нашла?

— Вон на той полке. Так странно…

Руслан заглянул на полку. Сначала показалась, что полка пустая, но нет: в пыльной глубине притаилась какая-то игрушка. Он решительно сунул руку и достал мягкого зайца в синих штанах. Нахлынули детские воспоминания: такой заяц был в детском садике, и маленький Руслан очень хотел его забрать, потому что они друзья. Он даже принёс его однажды домой, но папа рассердился, а мама расстроилась, и зайца вернули в детсад.

— Так. Этих игрушек тут быть не должно, — Руслан осторожно положил зайца обратно на полку. — Значит, мы не в какой-то тайной комнате, а где-то… не знаю, в иллюзии? Ты не в курсе: иллюзии, как в аниме, они бывают?

Регина покачала головой, с сожалением отложив лошадку.

— Не знаю. Не слышала о таком. Но говорят, в эту ночь в мир людей приходит много существ с такой силой, в какую не всякие видящие верят.

Руслан покосился на часы: в нижнем отсеке песка уже больше, чем в верхнем.