– Если не возражаете, уважаемый, я назову его Мартином, – качнул на руках свернувшегося клубком котенка настоятель. – Такая вот причуда. А вы живите дальше праведно, если получится… И с картами осторожнее, они до добра не доведут.

Держащаяся на соплях рама окна скрипит и все-таки обрушивается на пол, но никто даже не вздрагивает.

Шкатулка

Лес был пронизан солнцем. Казалось, оно сияло не только сверху, но и со всех сторон, будто подсвечивая бескрайнюю съемочную площадку. Еще немного, пару шагов, и покажутся режиссер, операторы, прожекторы, и властно прозвучит:

– Камера! Мотор!

Но нет. И два, и три, и сотни шагов не меняли ничего: людей здесь не было. Только могучие стволы деревьев, только пышные кроны, трава под ногами – и солнце. Повсюду его лучи.

Пахло теплым деревом, землей и зеленью. Летний аромат, никакие духи не сравнятся.

Димка уже давно понял, что они с Леной заблудились. Не хотелось пугать девчонку, поэтому вслух ничего серьезного не говорил, шутил, смеялся, рассказывал, как прошлым летом он с друзьями ездил на море. И шел вперед, то чуть отрываясь от спутницы, то притормаживая, поглядывая на нее: не испугалась ли?

Вроде бы, нет.

– Не устала? – спросил Димка. – Нам тут еще идти и идти. Дорогая получается длинная, не рассчитал я.

Дорога… Нет, под ногами все это время вилась невнятная тропинка, даже не понять – люди ходили или, скажем, кабаны какие. Чуть виднеется в траве, скользит между деревьев, уводя все дальше и дальше.

– Не-а, – беззаботно откликнулась Лена. – Хорошо гуляем, здорово. И лес красивый! Вернемся, я нарисую.

– Вот и славно…

Дорожка тем временем свернула влево, нырнула в небольшой пологий овраг. Пришлось спускаться, потом идти в горку. Здесь деревьев стало меньше: кусты, высокая по колено трава, а солнце оказалось все же сверху – вон как печет. В лесу-то прохладнее было.

– А потом? – требовательно спросила Лена. – Вытащил Вовка медузу, и что?

Димка вытер вспотевший лоб и продолжил плести дальше бесконечную историю. О море он мог говорить часами без передышки. Только вот молоточком постукивала внутри мысль, долго ли им еще идти. И куда они выберутся, совсем непонятно.

– Так высохла она! – засмеялся Димка. – Жарища же, только сфоткать и успели. А потом – как будто пленку кто на камни уронил, а она прилипла. Балбес Вовка, чего он еще ждал?

За краем оврага, куда ребята не спеша поднялись, виднелись луг, опушка уже другого леса и небольшой домик возле, обнесенный остатками забора. Серое все, заброшенное, людей там ожидать не приходилось.

– Ух ты! – восхитилась Лена. – Старый дом какой, прикольно. Там, наверное, привидения водятся. И непременно клад в погребе.

Димка хмыкнул. Да почему бы и нет, клад дело такое. Хотя его больше заинтересовал невысокий сруб колодца чуть поодаль от развалюхи. Воды попить, вот это самая хорошая находка была бы.

– А пошли глянем, – неторопливо откликнулся он. Как бы нехотя, но ликуя в душе: вода – это жизнь, а люди… Ну что люди, отыщутся потом. Не Сибирь чай, не глухие края.

Надо, конечно, и телефоны с собой было взять, и воды чуть больше литровой бутылки, которую они на двоих давным-давно выпили, да и поесть чего… Кто ж знал, что вместо получасовой прогулки они свернут не туда и убьют полдня на затерянной тропинке. Он же чуть старше Ленки, в походы ходил, а вот не подумал, расслабился.

Вблизи домик на опушке леса разочаровал: ну да, забор наполовину рухнул, колья уже потерялись в густой траве, сгнили, крыша провалилась, в окнах ни одного стекла.