Болела голова.

– Я не хочу сейчас об этом говорить, – сказала я.

Нико опустил подбородок и бросил сердитый взгляд с другого конца стола.

– Что значит – ты не хочешь об этом говорить? Алана, тебе явно кто-то врезал.

Я обдумывала возможные отговорки и уже готова была соврать, что вернулась к занятиям боксом, но, честно говоря, врать не хотелось. Лицо пылало, грудь пульсировала, а лодыжка ныла от боли, и все это не считая других двух травм.

– Так, ладно… Я пошла на свидание с Кэлом Соколовым, и все пошло не по плану.

Придвинув стул к стеклянному столу, я взяла бумажную тарелку и достала из коробки кусок пиццы пепперони, а после рассказала им всю историю. Когда я закончила, кузены, похоже, были готовы взять оружие.

– Нам нужно разобраться с этим, – сказал Нико, глядя на Куинлана.

Челюсть слегка болела, когда я жевала.

– Не нужно ни с чем разбираться. Я сама справлюсь со своими проблемами. – Пока я не планировала выдвигать обвинения, но, возможно, стоило всерьез подумать об этом. По крайней мере, я могла бы предупредить общественность, что Кэл тот еще псих.

Куинлан пристально посмотрел на меня.

– Мы должны позвонить в полицию.

– Знаю, – сказала я, – но он может выдвинуть обвинения в мой адрес… К тому же я не позвонила в полицию сразу.

– Да у тебя все на лице написано! – крикнул Нико. Очевидно, он занял место моего брата с тех пор, как ушел Грег.

Я задумчиво жевала кусок пиццы.

– Понимаю, но только представьте, какой шум поднимется в СМИ.

Нико откинулся на спинку стула.

– Если кто-то из нас ударит его по лицу сегодня вечером на балу, это вызовет бурную реакцию в соцсетях.

– А еще одобрение, – добавил Куинлан, и его карие глаза вспыхнули.

– Это уже слишком, – признала я. – Общественность встанет на его сторону, и тогда для нас это превратится в большую проблему, а последнее, что я хочу сейчас делать, – это помогать «Хологриду». Если мы обвиним его, он будет все отрицать, а потом привлечет еще и других инфлюенсеров. Это может помочь ему даже больше, чем нам.

– Разумеется, мы не хотим этого, – пробормотал Нико. – Хорошо. Я буду держаться от него подальше сегодня. – Он сделал ударение на последнем слове.

Раздался стук в дверь.

– Войдите, – позвал Нико.

С папками и беспорядочно сложенными бумагами в руках в квартиру ворвалась Элла.

– Всем привет, извините за опоздание. – Ее очки сползли на кончик носа. – Я тут порылась и, кажется, кое-что нашла. – Она зашла в комнату и уронила бумаги на стол. – О, пицца!

Я взяла тарелку и положила ей кусок овощной пиццы. Это была ее любимая.

– Спасибо, – сказала она, выдвинула стул и села.

– Что ты нашла? – спросил Нико. При виде Эллы его взгляд потеплел.

Она откусила большой кусок и прожевала его, прежде чем заговорить.

– Я взломала «Малис Медиа».

– Что ты сделала? – воскликнула я. В ушах зазвенело.

Она бросила на меня быстрый взгляд.

– Ого. Что с твоим лицом?

– Мы с Кэлом поссорились. Я все расскажу, но сначала ты.

«Как, черт возьми, она умудрилась взломать Торна?» – подумала я.

В ее глазах заиграла тревога.

– Хорошо. Я слежу за всеми соцсетями, даже не очень популярными. Кто-то недавно атаковал «Малис Медиа» с помощью вредоносной программы, и пока они отвечали на атаку, я незаметно прокралась в систему.

Блестящий ход, но мне не хотелось настраивать Торна против себя.

– Элла, – настороженно сказала я.