Но если он сделает ей предложение, согласится ли она?

Они не расставались теперь на ночь, в ее мягких объятьях спалось так хорошо, и он привык к ее чудесным волосам, красными нитями разбросанным по простыням и подушкам. Он часто причесывал ее, Франческу это успокаивало и умиротворяло, она, как большая рыжая кошка, млела под его руками.

– Ты так и не рассказал, куда мы плывем, – сказала она как-то.

– Это несколько вулканических островов недалеко от Африки. Думаю, мы прибудем совсем скоро, если ветер не переменится. До того, как я попал на один из островов, там никто не жил. Я искал такую землю. Незаселенную, чтобы не было необходимости договариваться с туземцами, пригодную для земледелия и строительства. Мы построили крепость. Я не сказал тебе, но Черный Аристократ – это целый флот, все капитаны носят маски, если встречаются с кораблями… ну, скажем, по необходимости.

– Вы все-таки пиратствуете?! – воскликнула она. Он с улыбкой обнял ее за талию и посадил к себе на колени.

– Не совсем. Винченцо снабжает нас информацией о невинных узниках или украденных товарах. И мы стараемся проучить грабителей. Но… это не основная моя работа. Я торгую, мы перевозим товары, быстро и очень надежно. Мои капитаны – самые опытные моряки, я не потерял ни одного судна. Так что… нам платят за перевозку ценных грузов. Но я давно мечтал о месте, где смогу дать приют всем тем, кого спасал. Где они смогут жить спокойно… Как ты уже понимаешь, там не только итальянцы, хотя их больше всего. Я создал нечто удивительное – государство, в котором существует множество религий и народов, но при этом все живут мирно.

– Ты создал? Ты все время говоришь о губернаторе, я думала, он там главный.

– Безусловно, – он поцеловал ее в нос. – Но он почти мой брат, скажу тебе по секрету.

– А врачи там есть? – продолжила допытываться Джованна.

– Раньше было трое, – помрачнел Рауль. – Но двое скончались от старости. И остался один. И я думаю, ему не помешала бы твоя помощь.

– Я не врач, Рауль. Я лишь помогала мужу. Он многому научил меня, но все-таки я совсем ничего не знаю о медицине.

Ей было неловко говорить с ним о Марко. Она сама не знала почему.

Рауль улыбнулся и переплел ее пальцы со своими, подумал и сказал, подняв на нее взгляд:

– Чем больше ты рассказываешь о своем муже, тем больше мне кажется, что он был необыкновенным человеком.

Джованна ощетинилась в начале фразы, готовая защищать Марко до последней капли крови, но, увидев искренность и доброту на лице Рауля, расслабилась, рассмеялась и заплакала от нежности к нему.

– Да! Да… он был… необыкновенным человеком.

И разрыдалась от облегчения. Рауль крепко обнял ее и поцеловал в плечо.

– Не бойся говорить о нем со мной. Мне кажется, так мы соприкасаемся с ним. И можем любить тебя.

И она рассказала ему об опытах Марко, о его записях, о том, как он учил ее. И понимала, что Рауль освобождал ее от скорби и боли, от тоски по нему. Казалось, Марко оживал и одновременно становился свободным, и она отпускала его.

Однажды Джованна призналась Раулю, что боится отпустить Марко окончательно.

– Я потеряю его.

– О нет, родная. Ты найдешь его всегда в своем сердце. Знаешь, индусы верят, что наши души живут на земле не единожды. И любимые люди возвращаются к нам снова. Марко может вернуться к тебе в сыне или внуке. Подумай об этом.

Мысль о детях показалась ей странной. А ведь она может забеременеть от Рауля…

– А мы с тобой? – спросила Джованна. – Мы найдем друг друга в следующей жизни?

Рауль с любовью смотрел на нее, крепко прижимая к себе, чувствуя, как от тяжести ее мягкого тела желание пробуждается в нем с новой силой.