– Она не желает меня видеть, ты сам сказал. Наверно, я ей противен. Возможно, я напоминаю ей о той Джованне, которую она захочет забыть. Убийце, мстительнице, кровавой амазонке, растерзанной лани.

– Она мстила за то, что потеряла. Я верну ее тебе. Обещаю.

– Нет. Не надо. Возможно, наша помолвка много лет назад была расторгнута не зря. Кто знает.

– Ты ее любишь, Рауль?

Рауль усмехнулся. Посмотрел в окно на облака, мягко окутывающие берег и море, отметил, что будет туман. Встал, прошелся по кабинету, остановился возле друга.

– Я не знаю. Ты любишь Кат, потому что она – твоя семья, которую ты жаждал вернуть. Она подарила тебе детей, очаг, она твоя спутница в мире. Джованну я познал в войне, я видел ее в крови врага, знаю в сражении. Я держал на руках еле тлеющие угли ее пламени и смог помочь ей продержаться до встречи с тобой. Я уверен, что в бою могу доверять ей. Могу повернуться спиной и знаю, что она прикроет меня. Я не знаю ее в покое. Она мятущаяся, движущаяся сила, которая способна уничтожить или подарить восторг.

– Джованна всегда была такой, просто мы умели дать ей возможность выпустить пар, иначе она сравняла бы Флоренцию с землей, – усмехнулся Валентин. – Помнишь, когда я приехал к тебе, я говорил, что она необычная девушка, которая не станет сидеть дома за вышиванием в ожидании мужа из дальних странствий?

– Я думал, ты преувеличиваешь, – Рауль хлопнул Валентина по плечу.

– Джованна может стать тебе спутницей и компаньоном, любовницей и женой, – серьезно заговорил Валентин. – Дай ей дело, займи ее, я постараюсь, чтобы она поскорее привыкла к нашей жизни, и вот увидишь…

Рауль с улыбкой покачал головой. Он был уверен, что со временем сможет забыть Джованну, потому что ему случалось уже увлекаться женщинами, чтобы вскоре остыть. Но он ничего не сказал Валентину. Когда тот ушел, Рауль вдруг понял, что впервые будет есть один в день возвращения на остров. Раньше Катарина всегда устраивала праздник. Теперь же из-за Джованны Валентин попросил его перенести встречу на завтра. Нужно срочно уехать. Ей нужно обжиться здесь, почувствовать себя уверенно, закрепиться. Ему лучше не мозолить ей глаза.

Валентин осторожно вошел к сестре. Джованна спала, кое-как прикрывшись покрывалом, словно прилегла без мысли заснуть, а потом в полусне пыталась согреться. Влажные волосы рассыпались по подушке. Он осторожно подошел и лег рядом. Вот она. Живая и дышит. А ему до сих пор сложно в это поверить.

Столько лет боли и тоски. Он думал, так будет всю жизнь. Но вот она рядом.

Он протянул руку и погладил ее по плечу. Она вздрогнула, но потом, словно узнав его, не открывая глаз, улыбнулась.

И от этой улыбки защемило сердце, а глаза наполнились слезами.

– Джованна…

Она крепко прижалась к нему.

– Валентин!

Никакая физическая боль не могла превзойти боль от ее потери. Но почему теперь, когда она рядом, тоже больно?

– Солнце взойдет? – спросила она.

Он обнял ее, поцеловал и прошептал ей на ухо:

– Непременно, Джованна. Чтобы полюбоваться на тебя.

Глава 9. Остров надежды

Прошло несколько дней, Джованна понемногу привыкала к тому, что теперь не одна. Отношения с Катариной наладить пока не получалось, но девушка была уверена, что со временем жена брата к ней привыкнет. Для нее было бы здорово иметь сестру… но Катарина была кузиной Рауля, и это немного ранило.